Цыплёнок тоже хочет жить полностью

«Настенька моя, дорогая, любимая. Я тяжело болею и мне горько сознавать, что ты вскоре останешься в этом жестоком мире без моей помощи и поддержки. Это письмо написать мне пришло на ум, когда твой муж-зверь отказал мне от дома. Я передам его нашей соседке по лестничной клетке Анне. Через два года она отнесет его на мою могилу. Это мой последний привет тебе и твоим деткам. Не знаю, как в дальнейшем сложится твоя жизнь, но на всякий случай ты должна знать, что в деревне Дрозды у меня есть дом. Конечно, прошло время, и он, может быть, совсем развалился, ведь дом мне достался от моей бабушки. Но есть надежда, что он не совсем рухнул, ведь в те времена строили на века. Еще хочу сказать, что в той деревне живет твой родной отец Михаил Валерьевич Сорокин. Мы любили друг друга, но судьба развела нас, и растила тебя я одна. Надеюсь, что он тоже жив и здоров.

Настенька! Доченька моя! Я очень тебя люблю. Дай тебе Бог счастья.

Твоя мама.

Вот адрес деревни Дрозды…

Настя недолго думала. Она собрала немногочисленные пожитки, прихватила детей и села в электричку.

Дорога от остановки автобуса шла через небольшой лесок. С пригорка открывался великолепный вид. Неширокая речка словно отрезала поселок от всего остального мира. Через речку были перекинуты два моста. Один широкий и прочный - для машин. А вот другой - дугообразный, с резными перилами, аккуратный и узкий - только для пешеходов. На противоположном берегу раскинулся поселок, весь утопающий в зелени садов.

- Какая красота! - не удержалась Настя.

- Прямо как Лукоморье, - подтвердил Толик.

- А Баба-Яга здесь живёт? - спросила Алинка.

- Может, и живет. Скоро узнаем, - ответила Настя. - Пойдемте.

Они подняли вещи и направились к широкому мосту, потому что он был значительно ближе. Вскоре их нагнал большой джип. Машина остановилась чуть впереди, из нее вышел крепкий темноглазый мужчина средних лет. Он направился к путникам.

- Здравствуйте. Куда путь держите?

- Добрый день. В поселок, - ответила Настя, убирая взмокшую прядку со лба.

- Понятно, что не на Луну. К кому именно? Я местный, всех знаю. Подвезу.

- Здесь должен быть дом Спиридоновых. Мама моя Мария Петровна Спиридонова, а бабушка Глафира Ивановна.

По мере того как Настя говорила, на лицо мужчины легла тень недовольства.

- Знаю я, знаю… - сказал он. - Спиридоновы… Порадовать вас нечем. Дом развалился, а пару лет назад так и сгорел. Это было ЧП в поселке, поэтому я и знаю. А землю вашу тоже растащили.

- Как это «растащили»? - не поняла Настя.

Мужчина подошел ближе и оказался одного с ней роста.

- Потому что наследница, выходит что вы, не появлялась здесь. А за землей ухаживать тоже надо, так же, как и за домом. А то земля зарастает сорняками и они лезут на соседние участки. Приходилось ваш участок косить. Потом один сосед свою грядку со свёклой сделал, потом другой под картошку клочок земли оттяпал… Кто-то качели поставил для ребенка. Ну, а что? Всё равно же земля пропадает. Давно все сроки вышли о вступлении в наследство. Поздно вы спохватились, как вас?

- Мою маму зовут Настя, а меня Алина, мне пять лет. А это - Толя, мой брат, - выдала всю информацию Алина.

- Какая ты шустрая! - засмеялся мужчина. Улыбка у него оказалась очень приятная.

- А меня дядя Рома зовут.

- Роман… Как ваше отчество? - спросила Настя.

- Просто Роман.

- Роман, а такого человека в здешних местах вы знаете? Михаил Валерьевич Сорокин.

- Знаю, вернее, знал. Он умер лет десять назад.

Настя внезапно попала в его объятия, потому что ее повело и она, обмякнув всем телом, стала падать. - Тихо-тихо. Что с вами? Это ваш родственник? Вам плохо?

- Нет… Я его почти не знала. Вернее, вообще не знала.

- Мама, мама! - заплакала, испугавшись, Алина.

- Всё хорошо, не беспокойтесь, - еще не чувствовала своих ног Настя и удивлялась, как легко Роман ее держит на руках, несмотря на небольшой рост.

- А я вот не вижу ничего хорошего, - не согласился с ней Роман и отбуксировал ее на переднее сиденье в свой джип. Он распахнул заднюю дверцу машины.