Стоп… Почему он видит перед собой лицо? Почему рука дрожит- но он не может его опустить? Откуда этот странный, быстро исчезающий, холод в груди? Будто бы ребра раскрылись, как шкатулка, и туда уронили кусочек жгучего, морозного льда… Того самого, что нарубленный зимой на Эбро, хранится до середины жгучего лета в глубоких подвалах.
Разрезавшая рубаху и доставшая до его груди тяжёлая сталь уранового цвета, будто перерубила в нем какие-то нити, связывающие его тело воедино.
Бовеса рухнул перед своим дьявольским противником на колени, как лишенная поддержки марионетка. Где-то очень далеко и очень жалко звякнула сталь его прусской сабли.
Чёрные кудри Бовесы были безжалостно намотаны на руку - да так что у него брызнули нечаянные слёзы. Де Ланда внимательно рассматривал его запылённое ,смуглое лицо
Довольно! - крикнул один из секундантов, - Довольно, вы победили…
НЕТ! - вспорол воздух голос, похожий на звук сомкнувшихся на хребте седловины челюстей изо льда и камня, весом в сотни тонн. А, возможно, так звучит рык стальной крупповской пушки - когда она харкает картечью в бегущих по крутому подъёму родельерос, рубит солдат острыми стрелками выкованными из ледяной стальной боли …
Мелькнула тень. Бовеса успел ощутить дуновение ледяного ветра. Наверное, какая-то огромная, чёрная как ворон, птица пролетела над ними и уселась на черепицу крыши . Если де Ланда его убьет сегодня - она наестся досыта. Настоящего, нежного дворянского мяса.
Как-то странно выглядит его противник. Он не привык видеть его ОТСЮДА…
Этот бронзовокожий, с длинными черными, будто вырезанными из вулканического стекла волосами - вне всякого сомнения, де Ланда. И он так же держит его за волосы. Но почему он смотрит на этого великана сверху вниз?
Вытекающую из артерий и мозга, окисленную до черноты последнюю кровь и спинную жидкость заменяет подступающая темнота. Последнее, что видит Бовеса, последнее,что никак не хочет погружаться в эту темноту и продолжает яростно полыхать в его мозгу - горящие под высоким лбом тёмно- желтым лбом глаза. Глаза, глядящие прямо в его душу.
Глаза из расплавленного металла, не желающего остывать.
И последняя его мысль не о том, что он проиграл, а о том, что оказывается это правда и отрубленная голова, и обезглавленное тело живут какое-то время по отдельности….
Один из секундантов в темно-синих брюках, переступил с ноги на ноги, звякнув ножнами сабли.
Бегите, - тихо прошептал он после длившегося неизвестно сколько молчания, - Бегите, де Ланда.
Смерть бывает разной.
