Но от падения туши гигантского гроссвалура , казалось, прогнулось само море. Гигант, уходя на глубину увлек за собой столько воды, что образовалась воронка подобная тем,что образуются когда быстро тонет корабль - засасывая все, что окажется поблизости, равнодушное мёртвое и вопящее, но бессильное выбраться из увлекающего на десятки метров вниз, под поверхность моря, течения. Блестящие как зеркало, отточенные, похожие огромные лезвия бронзовые поверхности винтов показались из воды - и, избавившись от сопротивления воды и кавитации, завращались с такой скоростью, что сработали легкоплавкие предохранители и клапаны, моментально сбросив мощность.
Прежде чем винты окончательно остановились, а с размаху ударившая об воду кормой “либерти”, выправившись, качнулась вновь - в этом кратком периоде равновесия, установленный меж натянутых, ржавых от солёной воды якорных цепей миномёт успел выпустить три мины.
Но кормовой миномёт молчал, не отзывался на звонкие, металлические хлопки залпов первого.
Что-то там произошло - после удара Короля.
Тампест покачнулся - и сделал шаг назад.Только когда огромный чёрный обтекаемый и огромный, как “роллс-ройс” корпус “Рианны”, остановился и окончательно встал на ровный киль, он, наконец, поднял глаза на надстройку - и заметил, что там уже не вспыхивают язычками пламени,как на углях затухающего костра, сигнальные флажки, передававшие ему быстро меняющееся расстояние и направление на следующую живую цель..
Впрочем, он в этом уже не нуждался.
Цель полковник и так видел…
Было бы у него время - он бы уточнил что там произошло. Почему молчал второй М30.
Было бы время - он бы установил миномет поточнее.
Но сейчас его устраивало, что
Он посмотрел на единственную мину в своей руке
Пока в глубинах “Рианны”, под рубкой, пытались оживить застопорившиеся из-за резкого увеличения оборотов, дизеля, он уже знал,что делать.
Они не видят быка.
От удара тушей кита, рули заклинило в положении “лево на борт”.
Взрывающиеся, кавитирующие в толще воды тысячи, мириады,рождаемых вращением винта пузырьков, теперь не оглушают стадо и его сонары.
Даже если они запустят моторы - понадобится время, чтобы разогнать транспорт и набрать ход.
Всё,что мог сейчас полковник это… ждать?
Полковник покачал головой и начал лихорадочно крутить механизмы наводки.
Мокрое, блестящее от брызг, дуло миномёта из гладкого блестящего зеленого металла уже не смотрело на дрожащий как струна леер, проходивший над головой полковника от фок-мачты к форштевню.
Как миномет стал маленькой стрелкой часов, недошедшей до одиннадцати часов.
А вылетевшая из него мина должна была упасть почти отвесно.
Справа, по борту, заставляя цепи грепеть, в пенной башне брызг, поднималась, раскрываясь пасть способная одним глотком сожрать, широко расставившего ноги человека с одной рукой.
Отчёт 3ZRs-NS345.114.6
Из всех идей, которые приходили в голову, идея угнать незаправленный патрульный катер оказалась одной из самых вредных, составив компанию кражей тех игрушек. Вернее, всё было наоборот, включая кабину и вестибулярный аппарат. Всё было сломано, но игрушки были бережно спрятаны, и оставаться возле деформированного куска железа было опасно. Куда опаснее, чем расставаться с дымящими обломками надежды. Слёзы по ним ещё не потекли, но он собирался их вернуть.
Темень здесь дичайшая, стоит признать. В этой беспроглядной каше даже фонарик включить страшно. Даже фонарик включить страшно. Лазить в темноте конечно опасно, особенно под кроватью. А ведь там чего только нету - и ртутная пыль, и радиоактивная грязь, и пауки. Нет, их не было. А даже если, то они всё равно были на его стороне. Малыши же любят друг друга. Не то что взрослые.
Да, всё не так уж и плохо! Даже небо появилось, или что-то напоминающее его. Может, тут сейчас ночь? Скорее всего. Вон, утро вдали светит – яркое, тёплое, местное Солнце или, быть может, маяк. Где-то за горами.
Заросли по колено сменились зарослями по пояс, и тут Рудольфу внезапно стало не по себе. Путеводный свет погас. Он так и не понял почему. Даже примитивный детектор магнитных полюсов и аномалий оказался бесполезен, если бы он вообще был. В темноте не было видно ничего, и даже свои руки, разгребающие потерявшую всякую совесть траву, были едва различимы. В ушах стоял только ветер, предшествующий шелесту. Происходило это нечасто, большую часть времени слух занимала неразборчивая музыка и голоса. Когда не было даже их, он отчаянно пытался сосредоточиться на звуках своих шагах. Потому что в противном случае…
- Третья группа. Позывные вам известны. Отправляетесь вслед за группой номер два. Область контакта – горный район на северо-востоке.
- А что со второй группой? – усмехнулся Димчик, глядя на Инструктора. – Опять таблетки от живота забыли? Или кто-то ногу растянул?
- Переведу с иронического, - произнёс Ивкас. – Какова задача?
- Задача конфиденциальная. После контакта дальнейшие задачи вам будет выдавать вторая группа.
- Будем им таблетки в желудок запихивать и ноги сжимать, - сострил я.
Димчик рассмеялся.