-- До наших мест воздушную линию пока ещё всё равно не провели, -- с грустью ответил Опоссум, -- это не раньше Кито...
-- По плану должны были уже. План изменился?
-- Да. Слишком много связанных с этим несчастий. Как они уверяют...
-- Много -- это сколько?
-- Точное число не говорят. Будь я в Куско, запросил бы статистику. Но в качестве аргумента приводят не более трёх-четырёх историй, да и там нарушали технику безопасности. Мне кажется, что тут панику нарочно враги разводят, чтобы лишить нас такого важного изобретения... Ведь на кораблях куда больше народу тонет, никто же не велит их запретить! Хотя проблема тут есть, но она не там, совсем не там...
-- А где же?
-- Юноши, после того как они вырастают и не могут летать, они... им потом тяжело без неба, как-то чего-то не хватает. Мучает смутная тоска, от которой нет пока никакого лекарства. Может, со временем пройдёт это, а может, и нет... Слишком мало ещё времени прошло, чтобы выводы делать.
Инти ничего не ответил. Как и многие уроженцы гор, он с детства мечтал о полёте, но знал, что человек не птица, над горами и долинами не воспарит, как бы ни хотел... Ну а те, кто летал и теперь больше не может, должны испытывать по этому поводу ещё большие страдания. Но знал он также, что с болью можно свыкнуться. Ведь как он горевал после смерти любимой жены... Но ведь свыкся, жил, занимался делом... Хотя только теперь, когда эта страшная боль прошла, он понял, насколько на самом деле страдал, отвлекаясь от боли силой воли. Впрочем, можно ли назвать такую подавленную и неосознаваемую боль болью? Это скорее какое-то нечувствие, когда часть души просто не работала, как не работает часть мускулов у парализованных. Тоже несладко, но жить с этим можно.
Вот наконец-то и Кито. Когда путешественники подъезжали к нему, было время послеобеденного отдыха. Утеша вовсю вглядывалась в городские стены и башни, нюхала воздух и в конце концов спросила:
-- Скажи, отец, а почему я не чувствую городских запахов? Город заколдован?
-- Но ведь ты же сама видела, что в наших городах не принято выкидывать на улицу мусор и нечистоты.
-- Всё равно. В маленьком селении легко поддерживать порядок, но разве это возможно в таком большом городе?
-- Отчего же нет? На то ведь и городские власти, чтобы следить за такими вещами.
-- Неужели правитель этого города сам убирает улицы?
-- Ну не сам лично, конечно. Но его дело организовать всё так, чтобы улицы были убраны. Это его обязанность. Потому что если в городе не будет чисто, то его снимут.
-- А почему у белых людей не так?
-- Потому что их общество устроено неразумно. Им не нужен чистый воздух для всех. Богатые могу купить себе виллу на холме, а бедняки пусть, мол, задыхаются в зловонии, страдают и умирают от болезней.
-- Вот как...
-- Скоро ты увидишь, как красиво в Кито. Ты обязательно должна увидеть это город. Думаю, будет лучше, если вы с матерью вдвоём по нему погуляете.
-- А ты?
-- Я, к сожалению, не смогу -- мне тут надо кое с кем встретиться и кое-что обсудить.
-- А мы не заблудимся одни?
-- Исключено. Он построен по плану так, что в нём невозможно заблудиться. В крайней случае, спросите дорогу до гостиницы.
-- А с нами не может ничего случиться? -- спросила Морская Волна.
-- Оснований считать, что про нас узнали, у меня нет. Хотя, конечно, исключать этого нельзя. Но мне кажется много более безопасным гулять по городу, чем оставаться в гостинице. В толпе они вряд ли решатся вам что-то сделать, да и найти вас тяжелее. Хотя на предмет слежки стоит поглядывать.
-- Устала я слишком -- по городу ходить.
-- Тогда я попробую вам билеты в театр достать, Утеша, ведь ты там никогда не была.
-- Конечно, не была. А как же мы туда пойдём? У нас же нет красивых платьев и бриллиантов?
-- Ну, это у нас не обязательно. В театры могут ходить все, и крестьяне, и ремесленники с жёнами и детьми. Даже дворники могут. И никто на себя бриллианты не навешивает. Главное -- быть одетым чисто и не в лохмотьях. И никто не посмотрит косо.
-- Ура!!! -- закричала девочка и захлопала в ладоши.
-- Ну, на театр согласна, -- ответила её мать...
Инти отошёл от распределителя билетов огорчённый.
-- Увы, поскольку в городе траур, все представления отменены. Придётся вам всё-таки погулять по городу.
-- А почему траур? -- спросила огорчённо Утеша.
-- Произошло убийство. Пьяные англичане накуролесили. Напились до невменяемости, попытались обесчестить какую-то женщину, её брат вступился, и его порешили. Но, по крайней мере, всех англичан посадили по этому поводу под замок, и наместник добивается того, чтобы им вообще запретили находиться в Кито. Так что гулять можете спокойно.
-- Как же это так, отец! Неужели из-за одного человека объявили траур? При том, что он не был знатным...