-- Не знаю. Любое сопротивление требует вождя. Кого-то, кто взял бы на себя смелость возглавить, и за кем бы пошли люди. К счастью или к несчастью, но заранее просчитать того, кто сможет стать таким вождём, не может никто. Иначе всех потенциальных вождей убивали бы заранее, и сколько-нибудь организованное сопротивление врагам было бы невозможно. Ведь если бы испанцы знали, кем потом станет Манко, разве они бы надели на него алое льяуту? Да повесили бы без церемоний! А так они считали его лишь куклой, послушной марионеткой... Да и в Великую Войну командирами партизанских отрядов нередко становились люди сугубо мирные, в которых до того никто не подозревал подобных талантов. Хотя, конечно, большинство моих людей владеют навыками, необходимыми для партизанской войны. Впрочем, всё это досужие рассуждения. Наше с Горным Ветром дело -- не допустить переворота. Если допустим, то уже не сможем сделать ничего, потому что будем или мертвы, или в тюрьме.
-- Ладно, я жду ответа от Старого Ягуара и Зрелого Плода. Но боюсь, в Тумбесе и Кито долго совещаться будут. Также сделаю визит к Небесному Своду.
-- Значит, ты к нему, а не он к тебе... Признайся честно, совсем старик плох?
-- Непонятно, что с ним. Лекаря говорят, что старость, но ведь ещё совсем недавно он был ещё довольно бодр для своих лет. А теперь настаивает, чтобы я больше не тянул и искал ему замену. Но заменить его на его посту могу только на Киноа, а сейчас он никак в преемники не годится. Сейчас лучше вообще перестановок не делать, а тем более таких. Или ты иначе посоветуешь?
-- Сам думал об этой теме, но ничего посоветовать не могу. Сыновья Зоркого Глаза ещё слишком молоды и неопытны.
Асеро некоторое время помолчал, потом решился признаться:
-- Если честно, я и сам понимаю, что нужно думать о наследнике, но ничего не могут придумать. Инти, меня порой дурные предчувствия мучают непонятно от чего. Вроде я ещё достаточно молод, всего сорок лет, здоровье в порядке, даже если не зачну наследника, сам прожить могу ещё долго. Но временами меня мучает один и тот же кошмарный сон -- будто бы сначала Ветерок смотрит на меня злыми-презлыми глазами, а потом я оказываюсь один перед огромной толпой народа, и при этом я совсем нагой, и руки у меня за спиной то ли связаны, то ли скованы. Во всяком случае, я не могу ими даже прикрыться. И я просыпаюсь, дрожа от страха и стыда.
-- И обнаруживаешь, что во сне случайно скинул на пол одеяло, -- улыбнулся Инти. -- Не обращай на это внимание, глупости всё это, -- отпив чаю, он добавил -- Надо мне идти домой, хотя не хочется.
-- Раз не хочется, может, лучше останешься у меня? Переночуешь.
-- Нельзя. Скорее всего, жёны опять перессорились, и придётся разбирать семейный скандал. Горный Ветер с этим не справится, пасынок для мачех не авторитет... Завидую своим дочерям, они теперь ночуют не дома, а в обители, я договорился с Радугой.
-- С одной стороны, ты правильно сделал, что хоть дочерей от проблем избавил, а с другой -- не боишься, что Алая Лягушка так всех из дома выживет?
-- Боялся бы, если бы мы жили в мире, где разрешена частная собственность. Там самый ушлый родственник может захапать дом и прочее себе, выгнав всех остальных за порог, но у нас такое невозможно, дом принадлежит государству, конкретнее -- моему ведомству, и в собственность его себе Алая Лягушка не захватит.
-- Всё-таки разводись ты с ней, добром это не кончится. Уговори её как-нибудь, если до суда дело доводить не хочешь.
-- Ладно, подумаю ещё. Попробую.
На следующее утро Асеро проснулся от того, что его кто-то будит, тряся за плечо. "Государь, вставай, скорее!" -- раздавался над самым ухом голос начальника охраны. Асеро с трудом разлепил глаза -- вокруг были предрассветные сумерки, где-то часа два до подъёма.
-- Что случилось? На дворец напали?
-- Нет, Государь, в твоей столице всё пока что спокойно. Но прибежал взмыленный гонец из Тумбеса...
-- Уж не война ли началась, Кондор? -- в тревоге спросила проснувшаяся Луна.
-- Пока вроде нет, но дело может этим обернуться. Сыновья Зоркого Глаза взяты в заложники англичанами!
Это было как гром с ясного неба. От неожиданности Асеро не мог вымолвить ни слова.
Зоркий Глаз был когда-то его командиром на войне с каньяри и был убит при странных обстоятельствах. Смерть настигла его не в бою, где гибель хоть и досадна, но ожидаема, а на привале, как раз в тот день, когда случился редкий для бойцов праздник -- прибыла почта. Они сидели возле костра, Асеро получил коротенькое письмецо от матери, а Зоркому Глазу пришла весть о том, что его молодая жена, с которой они вместе не успели прожить даже месяца, родила двойню. Этой радостью он тут же поделился с Асеро и стал вслух мечтать о том, как кончится война и он вернётся домой и будет растить сыновей. И на середине речи он вдруг упал с пущенной из-за куста стрелой в горле. Асеро так потом никогда и не узнал, кто был таинственный убийца и как он незаметно пробрался мимо часовых, так как при попытке его поймать тот тут же покончил с собой, поняв, что не уйдёт от погони.