— Так ты согласен выполнить мою просьбу? — уже вдогонку крикнул Фэйрхолл, отчего Витарр резко остановился и недоуменно обернулся.
— А разве от моего желания что-то зависит? — саркастически поинтересовался он, скрещивая руки на груди. Неужели отец таким образом пытается хотя бы немного растопить возникший между ними лед? Напрасно.
— Я не могу не спросить. Мне важно знать, что ты всё ещё на моей стороне, Витарр, — немного помедлив, произнес Рэймонд. Хотя Витарр не видел его лица, было понятно, что герцогу эти слова дались не так уж просто. И это раздражало еще больше, потому что теперь юноша не мог ему отказать. Несмотря на все передряги и разногласия, Фэйрхолл от него не отрекся. И, кажется, сам ждал возвращения сына, хоть и старался это не показывать. Вместо этого феодал нашел новый способ — завлекать отпрыска в родовое гнездо, пичкать дорогими лакомствами и надеяться, что всё вокруг вызовет у того тоску по дому и желание поскорее расквитаться с воинским долгом. Но и здесь аристократ допустил промашку. Не учел, что упрямство Витарр унаследовал от него.
— Ладно. Я сделаю то, что ты хочешь. Если уведомишь капитана о моем отсутствии.
— Непременно. Завтра ты должен быть в Кентлберри. В местной тюрьме под стражей сидит некий Эван Ридд. Кажется, раньше он был библиотекарем. Его-то тебе и предстоит сопровождать вместе с представительницей одного колдовского сообщества. Это… — на мгновение герцог точно замялся, но потом продолжил. — Просьба одного моего хорошего знакомого. Так что соберись заранее, чтобы завтра отправиться в путь с раннего утра. Держите путь к Туманным Пикам, а там, в пещере около обвала, проследи за тем, чтобы Ридд расшифровал обнаруженные там письмена. И будь осторожен, Витарр. Нам ни к чему лишние огласка и риск.
Юноша в ответ только хмыкнул и снова направился к выходу. Новости оказались скверными, и дело было не только в том, что весь путь ему предстояло проделать в компании чародейки из какой-то сомнительной организации, наверняка замкнутой и одержимой какими-то своими личными целями. Витарр не так много общался с колдунами, чтобы прямо судить об этом, однако и он знал, что к людям, наделенным особым магическим даром, следует относиться с осторожностью, — никогда не знаешь, что они могут против тебя выкинуть. Впрочем, к чародеям хотя бы можно было найти подход, а вот к преступникам… Юноша не думал, что его отец якшался с людьми подобного толка. Более того, поручал им какую-то сомнительную работу, о целях которой не сообщал даже своему сыну. А тот, даже не задумываясь, согласился ввязаться в эту авантюру! Конечно, стоило бы поподробнее расспросить герцога, вот только Витарр был не в том настроении. Сейчас им вместо разума управляла гордость. Он не хотел, как раньше, разговаривать с родителем, не хотел делать вид, что понимал его, не хотел давать ни малейшего намека на то, что однажды сумеет простить. Это было так глупо и так по-детски, но Витарр ничего не мог с собой поделать.
Второй раз покидать дом оказалось гораздо легче. Наверное, та кажущаяся прочной нить, связывающая Витарра с поместьем, оборвалась вместе с его доверием. Он проходил по просторным коридорам, устланным мягкими ковровыми дорожками, которые заглушали шаги его ног в тяжелых солдатских сапогах. Со стен молчаливо взирали портреты предков в тяжелых дорогих рамах, но юноша даже ни разу не повернул головы, чтобы напоследок взглянуть на них. Ни разу не обернулся, чтобы выцепить взглядом знакомые детали и сохранить их в своей памяти до следующего, явно не скорого визита.
На улице было еще достаточно светло, хотя сумерки подступали всё ближе, постепенно окрашивая небо в насыщенный синий цвет. Совсем скоро оно окончательно потемнеет, а догорающее остатками тепла солнце уступит место серпу месяца и блеклой россыпи звезд. Хорошо бы поспеть в город до того, как последние лучи скроются за горизонтом.
Экипаж, в котором приехал юноша, всё еще стоял у ворот в замок Фэйрхолл. Видимо, герцог Рэймонд знал, что сын пробудет у него недолго. Даже не посмотрев в сторону лакея, который поспешно спустился, чтобы распахнуть перед наследником своего господина дверь, Витарр забрался внутрь и, устроившись на мягком сидении, слегка улыбнулся. Вот, наверное, удивились остальные солдаты, когда за одним из их сослуживцев прислали просторную агатовую карету, отделанную серебристыми украшениями. К тому моменту, как он вернется, те наверняка успеют переварить увиденное и сочинить не одну насмешку на этот счет. И, несмотря на острое желание поскорее покинуть отчий дом, возвращаться в воинскую часть Витарру, тем не менее, всё равно не хотелось.
