На мгновение между ними повисло молчание, но оно не было пустым. Лес, казалось, слушал их, а звезды мерцали, словно одобряли эту странную откровенность.
– Возможно, он ближе, чем ты думаешь, – произнес Хальдор, и его слова прозвучали как обещание.
Астрид посмотрела на него, и на этот раз её взгляд задержался чуть дольше, чем она собиралась. Ее мысли кружились, но одно стало ясным: в этой тьме он был не только проводником, но и тем, кто сам шёл по пути, который едва мог осветить.
– Знаешь, я не уверена, что верю в то, что было у меня до, – наконец сказала она, ее голос был тихим, но твердым.
Хальдор не отреагировал сразу, но его взгляд остался прикованным к ней.
– Все, чему нас учили, все, во что я должна была верить… – она сделала паузу, будто собиралась с мыслями. – Это всегда казалось правильным. Но сейчас, когда все рушится, я не могу найти в этом утешения, оттуда я черпаю лишь злость.
Ее руки сжались в кулаки, а взгляд скользнул к земле.
– Я чувствую себя на распутье, – продолжила она. – Один путь ведет к прошлому, которое я не могу вернуть. Другой – в тьму, в неизвестность, куда я боюсь идти.
Хальдор слегка наклонил голову, его лицо оставалось спокойным, но тени от звезд играли на его чертах, придавая им почти мистический вид.
– И ты ищешь милости богов? – тихо спросил он, его голос прозвучал так, будто он знал ответ заранее.
Она кивнула, но ее жест был слабым, почти неуверенным.
– Как ее сыскать? – спросила она, ее голос стал тише. – Как они решают, кто достоин?
Хальдор отвел взгляд к небу, словно звезды могли дать ответ.
– Боги не даруют милость, – произнёс он после долгой паузы. – Они наблюдают. Они выбирают. Но их выбор редко бывает справедливым или понятным.
Астрид нахмурилась, ее взгляд вновь поднялся к звездам.
– Наши боги жестоки, в них нет никакой милости. Они никогда не воздают по заслугам, лишь насылают кару за неповиновение. Им есть до нас дело лишь когда есть шанс разбить чью-то душу и искупать ее осколки в крови. Я не желаю молиться и преклонять колени перед тем, кто глух. Тогда зачем служить? – в сердцах спросила она. – Если их расположение не зависит от того, кто мы и что мы делаем?
Хальдор чуть повернулся к ней, его темные глаза казались ещё глубже в лунном свете.
– Потому что вера – это не сделка, Астрид, – сказал он. – Это огонь, который горит внутри, даже если никто его не замечает.
Она посмотрела на него, чувствуя, как его слова отзываются в ней странным теплом, смешанным с горечью.
– Но я не знаю, что выбрать, – сказала она. – Я не знаю, как идти вперед, когда всё кажется неправильным.
Хальдор замолчал на мгновение, затем его голос прозвучал, как эхо леса.
– Ты уже сделала выбор, когда оставила все позади и последовала в неизвестность. Теперь тебе остается только идти.
Ее дыхание замерло. Она чувствовала, что в этих словах есть нечто большее, чем просто ответ. Они были правдой, которую она не хотела признавать. Звезды над головой горели холодным светом, их мерцание казалось отголоском далекого времени, которое никогда не вернётся. Астрид опустила взгляд на свои руки, пальцы невольно сжимали траву, как будто она искала опору.
– Идти… – повторила она, ее голос был почти шепотом. – Но куда?
Хальдор смотрел на нее, его взгляд был неотрывным, тяжелым, но в нем было что-то странно утешительное, как в голосе леса, который слышат только те, кто способен слушать.
– Туда, где найдешь себя, – слабо улыбнулся он. – Даже если путь лежит через тьму.
Его слова, словно дыхание ветра, проникли в ее сознание, оставляя след. Она подняла глаза, их взгляды встретились, и время, казалось, остановилось. Астрид ощутила, как тьма леса, холод ночи и свет звёзд слились воедино, создавая что-то большее, чем она могла понять.
– А если я ошибусь? – наконец спросила она, ее голос звучал чуть громче, чем шепот.
Хальдор улыбнулся – не резко, не явно, но уголки его губ дрогнули, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на тепло.
– Ошибки – это тоже путь, – сказал он. – Даже в тьме ты можешь найти свет, если будешь смотреть внимательно.
Ее сердце сжалось, но не от страха. Она чувствовала, как что-то в ней меняется, словно медленно разгорается пламя, которое она давно считала потухшим. Он поднялся, его силуэт, освещенный слабым лунным светом, казался почти нереальным. Его темные глаза задержались на ее лице, и он протянул ей руку.
– Пойдем, – сказал он. – Лес знает дорогу лучше, чем мы.
Астрид смотрела на его руку, на её длинные пальцы, сильные и уверенные. Она не знала, правильным ли будет этот шаг, но ее собственная рука потянулась к нему, будто в этом движении была заключена вся её вера.