Добившийся успеха благодаря проницательному уму и колоссальной работоспособности, в семье пользовался он непререкаемым авторитетом. От него унаследовала Анастасия холодный расчетливый ум, жесткость характера, умение выживать в разобщенном коллективе.
– Настенька, доченька, – уговаривала мать, во всем привыкшая полагаться на мнение мужа, – мы же с папой поддерживаем твои увлечения, но они не должны мешать будущему. Не позволяй своим детским фантазиям разрушить успешную жизнь.
От матери, неплохой в молодости балерины, не добившейся, впрочем, особого успеха и рано оставившей сцену ради удачного замужества, досталась Насте точеная фигура, пластичность, грациозность и живое воображение, склонность к размышлениям, мечтательность на грани фантазийности.
Два разных характера: творческое начало и прагматизм отлично уживались в одном теле, лишив его только постоянства, конечного замысла, единого направления в движении вектора цели, заставляя бесконечно метаться от одной идеи к другой. Сомневаться в себе. С трудом принимать окончательные решения.
Родители проявили неколебимое упорство, и Настя, поддавшись безоговорочному, единогласному их мнению, поступила на экономический факультет.
Подвижный ум хорошо справлялся с математическими расчетами, через пять лет из Анастасии получился прекрасный специалист. Связи отца проложили дорогу к финансовым вершинам, двери в обеспеченное будущее распахнулись пред ней сами собой.
Когда окружающие спрашивали ее о выборе деятельности, всегда отшучивалась: «Экономика просто в центре, объединяет нас вместо церкви, объясняет наши поступки»1. Получив хорошее образование, успешно контролировала она теперь финансовые потоки «Техностроя».
Благополучное настоящее было создано, детская мечта потерялась в глубинах подсознания.
В очередной раз, закрывшись от мужа и детей, Настя старательно смывала макияж, мечтами устремляясь за пределы квартиры. Скука, накатившая волной, мешала наслаждаться спокойствием в устроенном мире комфортной, обеспеченной рутины.
Настя не жаловалась на судьбу, жизнью своей была довольна: родители за неимением других наследников, все усилия по воспитанию обрушили на нее одну, стремясь вложить в ее голову максимум знаний, обеспечить ей безбедное существование. Настя многое переняла из навыков родителей, более всего, однако, болезненное пристрастие к алкоголю и неуемную тягу к сомнительным развлечениям. И только супруг, железной рукой удерживавший ее в рамках установленных приличий, не давал впоследствии свернуть на кривую дорожку.
Она удачно вышла замуж, сын, дочь, большая трехкомнатная квартира, две машины. Работала руководителем финансового отдела в строительной фирме, делая попутно «людей» из собственных детей, вполне впрочем, успешно.
Глеб подавал большие надежды в дзюдо, а Ника, внешне абсолютная копия матери, с полутора лет занималась плаванием и для ее будущих наград готова была именная медальница.
Настя была довольна своей жизнью, но не счастлива.
Слишком уж благополучной казалась ее жизнь, предсказуемой в своей тоскливой повседневности, в ней не хватало интриги, волнующей кровь, все было просто, понятно, доступно.
Настя достала плоскую бутылку приторно-сладкого ликера, спрятанную за стиральной машиной, сделала глоток.
Скука в который раз открывала ей свои удушающие объятья.
– Хорошо ведь живете? – удивлялись школьные подруги, с которыми продолжала поддерживать отношения, не смотря на растущую между ними пропасть социального неравенства. – Что еще тебе надо?
– Хорошо, – недовольно соглашалась Анастасия, – только тихо, сухо да правильно.
Апатия, словно пыль, мельчайшими неосязаемыми частицами витала в воздухе. Легкая и невесомая была настолько незаметна, что ее можно было вдохнуть, заглотить вместе с пищей, отхлебнуть в бокале вина. Движение стряхивало с себя оседающий пепел хандры, но стоило на мгновение остановиться, как липкий серый налет покрывал лицо, опускался на руки, забивался в карманы одежды. И только оживление тела, циркуляция стремительных энергий позволяли избежать оцепенения, стряхнуть с себя прах, убивающей чувства тоски.
Большинство Настиных знакомых, пережив гормональные взрывы молодости, давно поселились в удобной теплой клетке двухкомнатного комфорта, лишь изредка позволяя страсти перемен разрушать спокойствие, безопасность и предсказуемость устоявшегося бытия.
Анастасия же относилась к тому беспокойному сумасбродному типу людей, которых скука толкала пребывать в бесконечном поиске внешних раздражителей сознания.
Молодость легче справлялась с апатией: строила планы, искала решения, исследовала, познавала, разнообразила жизнь. Поступив в университет, с головой окунулась Настя в кипучую деятельность активных студенческих будней.
