Сомнения не оставляли меня до сих пор, парень пока плёл всё складно, что не исключало подставы: нашего пацана могли перехватить и выпытать все подробности касаемо местности, наших имён и званий в отряде. В этом случае я искал условного знака о провале. Что ни говори, а Симон — верный камрад, он должен был послать мне весточку, если что-то пошло не так.
— Команданте был плох, рана нехорошая, воняло сильно — Вебер поморщился, видно вспомнив рану полковника — Но женщина из отряда почти сутки не выходила из дома где его резали, а потом патруль нашёл вашего связника. Парнишка почти умер от усталости, но дошёл, потом упал замертво. Сеньорита Анна и старый шаман помогли привести его в чувство, он отказывался говорить с кем-то корме ваших.
Вебер чуть перевёл дух и знаками показал на меня и Дугу, давая понять, что имеет ввиду гринго. Я быстро посмотрел пленнику в глаза и коротко спросил:
— Кто был в лагере, кроме Сильверо из… наших?
— Только инструктор по радиоделу, но… — Тут губы Вебера тронула едва уловимая презрительная усмешка — Он ничего не мог сказать, только напился сразу после прилёта и с тех пор не выходил из ваше казармы.
Нет, связник точно не врал: так тонко знать обстановку в лагере и среди советников мог лишь побывавший там, хотя я никогда конкретно этого парня там не встречал. Его слова косвенно подтверждались данными по общей обстановке сложившейся на сегодняшний момент. Перво-наперво, поиски не прекратились, это говорит о том, что Симон либо был замечен и ушёл или убит при попытке его захвата федералами. Случись иначе, поисковый невод сместился бы к северо-западу от болот, ближе к расположению партизанских баз. В случае, если паренька бы удалось взять живьём и допросить, сюда не стали бы посылать одного провокатора. Американских друзей сейчас в штабе поисковиков нет, а местным и так досталось от нас, чтобы загонять в болото роту — другую ради призрачного шанса взять нас живьём. Перемешают остров с болотной жижей и вся недолга. Поэтому теперь важно послушать, какие вести принёс нам этот мутный гонец. Однако внутренне я уже чувствовал скорое избавление от местного колорита в лице пиявок и надоедливой мошкары. Поднявшись, я подхватил снарягу и оружие, изъятые у Вебера при захвате и аккуратно положил возле ног связника:
— Излагай, амиго, как выводить нас отсюда станешь…
Связной кивнул, без усилий поднявшись на ноги и начал излагать, попутно рассовывая свои вещи по отведённым им местам. Получалось это у него сноровисто, чувствовалась долгая многолетняя практика.
— Про миномёты и замаскированные посты вы уже всё знаете — Тут гость сделал паузу, посмотрев на меня и дождавшись утвердительного кивка продолжил — Этот el cobarde graco Рауль[96] не пошлёт своих людей вам на помощь. Ваши начальники не дают столько денег, чтобы заставить команданте рисковать. Это осложняет ситуацию, но не делает её безвыходной. Мы выйдем через час, чтобы подгадать время пересменки дозоров возле южной тропы. Вы пойдёте вдоль неё, держа направление на юго-восток, чтобы выйти к партизанским передовым постам у перекрёстка Ди Мадре, на юге. Если держаться тропы, то это всего два дня до точки рандеву. Координаты точки встречи — 34'69, ориентиры: два больших белых валуна, мимо не пройдёте. Там ещё неделю будут дежурить люди Рауля, это единственное на что он дал согласие. Каждый из них так или иначе знает кого-то из вас в лицо, поэтому двигайтесь аккуратно, дайте себя разглядеть… Если получится дойти.
— Это ты верно заметил, уважаемый: если получится добраться до тех краёв. А ты не забыл, что после пересменки постов, по берегу ходит два встречных мобильных патруля и они заметят наши следы…
