— Гребаное дерьмо, ну как можно быть таким увальнем, — сокрушалась Эрика, вытаскивая за ноги колдландца через порог.
С лестницы стягивать было еще терпимо, но тут пришлось постараться. Гарри оказался ранен, но его все равно пришлось послать помогать изрядно потрепанному Велеру вытаскивать Зака. Тот оказался жив, хоть и потрепан обезглавленным ею халифатцем.
Управившись с Лютым, принцесса выругалась и снова вошла внутрь. Осведомиться, что с остальными. Оказалось, Гарри потерял сознание, а Веллер тем временем пытается привести его в чувство.
— Дерьмо, ну какого хера, — снова выругалась Эрика. Впрочем, после Лютого вытаскивать Зака и Гарри оказалось не так ужасно.
Уже на дворе ее отвлек возмущенный голос Лютого.
— Какого хера меня не разбудили? И вообще, где мой топор? Без меня всех перебили?
— Идиот, я то думал, ты тоже траванулся… как эти… Знал бы, пнул как следует! Чуть не сдох, пока тащил твою тушу! — устало негодовал в ответ Гарри.
Кроме Зака, все были в сознании. Гарри сидел, опершись о забор и пытался перевязать себе руку. Велер осматривал Зака. Лютый стоял и весь его вид возвещал о небывалом негодовании.
— Это конечно хорошо, что тебя отрава не взяла, но я же твоей башкой все ступеньки пересчитала. Как можно было не проснуться? — недоумевала принцесса.
— У него башка пустая, — бросил Велер, не отрываясь от попытки разобраться с раной Зака. Лютый погрозил ему кулаком.
— Какая отрава? Кого-то отравили? Вроде, бойня же была? Это из-за отравы вы блевали? — в недоумении посыпал вопросами он.
Эрика кратко поведала о случившемся, выказав предположение Гарри, что выпивка в трактире была отравленной.
— А, ну так все понятно. Я те помои не пил. На хер надо, если я из графского погреба отменной и крепкой санталы прихватил. Знал, тут говно разбавленное наливают! Ее мы с Керном и приговорили, — довольно заявил колдландец.
— Что с Заком? Жив или все? — поинтересовалась она.
— Жив, но никак не очнется. На ребрах рана плевая. Больше ран и нет, вроде. Видать, башкой приложили, — предположил Велер.
— Мда. А вы то как?
— Бывало и хуже. До Небельхафта доберемся. Покурить бы еще, — с надеждой заметил Гарри.
Лошадей тоже потравили. В деревне неподалеку удалось разжиться только клячей с телегой. Ну и дурманом и санталой, разумеется. Не для пьнства. Было решено быстро обрабатытать раны и незамедлительно отправляться. На телеге, запряженной клячей.
С ранами дело оказалось туго. Гарри и Велер больше храбрились, на деле все оказалось печально. Гарри буквально спросонья попался талерманец. Настоящий или просто так клеймо набил, уже не выяснишь, но драка там была жестокой. И хрен бы с этим, раны мерзкие, но не смертельные, но что было странно, они уже начинали гноиться. Это значило одно, оружие напавших было отравлено. Раны обработали водой и бормотухой, перевязали и на том закончили. Тем более, если учесть возможное отравление, задерживаться было нельзя.
Увы, быстро продвигаться возможности тоже не было. Дорога ужасная, грязь по колено, снова дождь пошел. Это когда пожар был и трактир горел, ни капли не выпало, а тут будто прорвало. Телега едва вместила троих. Эрике и Лютому, как наименее пострадавшим, пришлось идти пешком. Но даже с таким раскладом кляча оказалась посредственной, что едва волокла телегу. Пешком бы дошли быстрее, не будь у них раненых, состояние которых постепенно ухудшалось.
У Гарри начались странные видения, которые ничего хорошего не предвещали. Разве что теперь принцесса могла с уверенностью утверждать, их отравили халифатским ядом «Климери Априхи», звучащем на антарийском «Безумная смерть». Яд наносится на оружие, в итоге даже безопасные раны гнояться, становятся глубже, и одновременно человек за несколько дней теряет адекватность, что весьма усложняет лечение. По сути, любое ранение становится смертельным. Если не применить противоядие. Да и то, яд то действовать перестанет, а раны лечить все равно придется. О том, чем все закончится, Эрика предпочитала не думать.
Свои выводы она никому не выказала. Толку, быстрее все равно они не доберутся, а всеобщая нервозность никому на пользу не пойдет. Тем более, гарантировать наличие противоядия она не могла. Есть ли у нее в подвале нужные для приготовления компоненты, Эрика понятия не имела. В любом случае, без Карла или хотя бы Виктора она ничего не сделает.
— Твою мать, эта кляча ползет медленнее, чем даже я прогуливаюсь, — в очередной раз вознегодовал Лютый.
Уже близился закат, а прошли всего ничего.
— Когда кляча сдохнет, а это, судя по ней, случится очень скоро, на ее место придеться встать тебе, — горько сыронизировала Эрика.
— А чего это мне? Я что, конь? — вспылил колдландец.
— Ну а кому? Раненых везти надо. Предлагаешь им идти самим? Или бросить собираешься? Ну не мне же впрягаться? — продолжала иронизировать принцесса.
— Не, не придется, вон впереди целый загон лошадей идет, — прохрипел Велер.
— Да уж, — пробубнила Эрика, понимая, что видения теперь стали одолевать еще и Велера.
