— Ладно, ладно, пошли уже.
Следующий час прошёл в разговорах о всяких мелочах. Выйдя из города и идя вдоль реки, вскоре мы зашли в чащу леса. Как и сказала Мия, алые пятилистники росли вдоль реки под сенью деревьев, сильно выделяясь на фоне зеленого окружения, поэтому сбор не стал чем-то сложным. Бонусом к моему заданию, кошкодевочка предложила мне помочь ей со сбором пары других трав за небольшую награду, недвусмысленно смотря на моё пространственное кольцо. Грех отказать в такой мелочи, тем более за награду, так что я согласилась.
Побродив почти пол дня, мы собрали ещё несколько пучков, попутно Мия объясняла мне, для чего ей нужны травы. Алые пятилистники, которые я взялась собрать, здесь засушивали и добавляли в кипяток, получая что-то, похожее на чай. Слегка бирюзовые стебли, названные смехом сирены за звук, который они издавали при дуновении ветра, применялся для зелий силы, а красные плоды фиинлы, похожие на шиповник, обладали целебной силой, хоть и довольно слабоватой. Наконец, мы с Мией наткнулись на золотой цветок среди цветочной поляны.
— Смотри! — закричала кошкодевочка. — Это улыбка Люмии! Один лепесток, добавленный в зелье, усилит его в десять раз! Редкий цветок, особенно в этих краях!
Аккуратно подойдя к нему, она выкопала небольшой кусок дёрна вместе с цветком, а затем я отправила его к себе в кольцо.
— Почему просто не сорвать его? Он теряет свои свойства? — задала я вопрос.
— Угу. Лепестки очень быстро теряют силу, поэтому я посажу его в горшок и приберегу до худших времён.
— Кстати, а ты ещё долго собираешься гулять? Скоро уже закат, а я не знаю, пустят ли нас стражники.
— Закат? — Мия посмотрела на верхушки деревьев, освещённые солнцем и схватилась за голову. — Точно! Сегодня же на площади казнь! Быстрее, в город!
— Чего ты так всполошилась? — я едва поспевала за чуть-ли не бегущей кошкодевочкой. — Что такого в казни?
В ответ на меня уставились, как на умалишённую.
— Если на площади решили казнить кого-то, значит, он совершил что-то действительно серьёзное — простых воров и убийц обычно убивают прямо на месте! А ещё мне любопытно, кого там такого нашли в нашей глуши!
Ну, я уже догадалась, кто этот «счастливчик», но рассказывать не стала — сама увидит.
Спустя минут двадцать по ощущениям, мы были уже у ворот, а ещё через десять, когда солнце начало касаться горизонта, мы уже подходили к площади. Огромная куча народу, как и вчера, уже толпилась вокруг эшафота, а виновник торжества, закованный в цепи, из последних сил пытался вырваться. В паре шагов от него находился громила в маске палача, возящийся с верёвкой.
На помост вышел командир стражи в отполированном доспехе. Он взмахнул рукой, и толпа почти в одночасье затихла, ожидая его слов. Прочистив горло, он начал речь:
— Жители Бастиона! Перед вами — зверолюд, причинивший немало бед. Не обманывайтесь, глядя на него — его душа так же злобна, как злобны демоны, желающие погубить наши жизни, а он сам безумен, словно О'кат, доведённый до бешенства! Он убивал немощных, грабил слабых и обездоленных в нашем прекрасном городе! Его руки подносили факел к домам, сгоревшим в прошлогоднем пожаре! И он бы избежал кары, если бы не самый страшный его грех!
Слушая его речь, я усмехнулась: по-видимому, на бедного волка решили повесить вообще всё, что только смогли.
Тем временем, лев, сделав передышку, продолжал:
— В своём безрассудстве, этот мерзавец посмел нанести оскорбление Богине Смерти, обесчестив и убив её верных послушниц! Прямо здесь и сейчас, я вызываю сюда тех, кто подтвердит мои слова!
Дальнейшая пародия на суд происходила довольно быстро: стражник называл имя, и кто-то поднимался на помост, клятвенно подтверждая слова зверолюда. В этой толпе свидетелей был и Скив, желавший лично принять участие в казни. Здесь же отметился Лиандор, за меня подтвердив вину Кендзи в богохульственных деяниях. Далее пошли наименее тяжкие преступления, которые он «совершил», вроде кражи оружия и аморальном поведении.
После перечисления примерно половины местного уголовного кодекса, народу, наконец, предложили выбрать наказание. Впрочем, виселица на помосте намекала, что всё уже решено.
После того, как народ успокоился, палач повязал веревку на шею, после чего Скив (его всё-таки допустили) дёрнул за рычаг. Послышался едва уловимый хруст, и тело зверолюда, когда-то носившего имя Кендзи, повисло в воздухе.
В голове послышался голос Рен:
«
«
Тут я почувствовала, как кто-то тронул меня за руку.
— Тёмная, ты чего встала? Пошли в мою лавку, больше тут нечего делать! — Мия обратила внимание на себя.
— А, конечно. Пошли.
