Но спортсмен даже глазом не повёл, грузно шагая вперёд. Умник раздражённо выругался и отбросил копьё. Он побежал к кошке, которая почему-то не бросилась наутёк, взял её на руки и прикрыл спиной от Быка.
– Да стой ты! – рявкнул Умник. – Хоть раз можешь подумать башкой?
– А сам-то? – резко спросил здоровяк. – Или ты знаешь, что это за тварь?
Вот на это мужчине ответить нечего. Он понял, что просчитался в истории с Колдуньей, но у него нет причин спасать кошку, помимо очевидного желания не допустить живодёрства.
Рыжая «Колдунья» мяукнула, привлекая к себе внимание. Внезапно её тело начало испускать сияние. А потом этот свет ярко вспыхнул, моментально накрыв всю комнату.
Умник зажмурился на пару секунд, а когда открыл глаза, то в первую очередь заметил ошарашенную физиономию Быка.
Спустя мгновение он осознал, что вместо кошки у него на руках оказалась красивая молодая девушка в лёгком белом платье. Она смотрит на него с очаровательной улыбкой на милом лице. Её глаза сохранили прежнюю синюю глубину, но теперь стали ещё выразительнее, а медно-каштановые густые волосы опадают на плечи яркими мягкими волнами.
– Ты… кто? – ошалело промямлил Умник.
– Я? – с наигранным удивлением спросила девушка. – Я кошечка, глупый!
Она обняла мужчину за шею и прижалась к его лицу мягкой тёплой щекой.
– Эта девушка выглядела как вы, – произнёс Аксель.
– Вы хотите сказать, что она похожа на меня? – уточнила Афина, дописывая очередную заметку.
– Нет, я говорю, что вы с ней буквально на одно лицо. Различия только в одежде и причёске.
Девушка замерла, не дописав слово, и медленно подняла взгляд на собеседника. Она встретилась с холодными бирюзовыми глазами, пронзительными и внимательными.
– Вы… хотите у меня что-то спросить? – с неуверенностью поинтересовалась Афина.
– Нет, – невозмутимо ответил Аксель. – Я полагаю, что это вы что-нибудь скажете по этому поводу.
– Кхм, – девушка приложила руку к груди, собираясь с мыслями. – Вы точно не ошибаетесь в своих наблюдениях? Может, она всё-таки лишь очень похожа на меня?
– Я предельно точно выразил свои мысли. Память меня ещё не подводила.
Афине показалось, что парень смотрит испытующе. Но с гаммой его эмоций быть уверенной невозможно.
– Если вы хотите сказать, что той особой была я, то… даже звучит нелепо, – она усмехнулась. – Есть много людей, которые подтвердят, что я всё это время была здесь и просто физически не могла попасть в то место.
– Я не обвиняю вас ни в чём подобном, просто хотел услышать ваши мысли на этот счёт.
– Мои мысли на этот счёт полны сумбура и непонимания, – как можно спокойнее улыбнулась Афина. – Моя единственная зыбкая теория – что вы обознались.
– Это маловероятно.
– Послушайте. – она сняла очки и после короткого вздоха произнесла. – Мне кажется, я более-менее понимаю, какие мысли вас посещают, но всё это может оказаться недоразумением. И есть шанс, что мы выявим его причины по мере вашего рассказа.
Девушка посмотрела на Акселя с вопросом, тот кивнул. Она продолжила:
– Но поймите мою ситуацию – я точно знаю, что было со мной все эти дни. И бо́льшую часть времени я была на виду у других людей. Но эта история очень запутанная, а наш с вами разговор далеко не так конфиденциален. Я думаю, вы это осознаёте. – Афина снова глянула на собеседника и вновь получила кивок согласия. – Поэтому, настаивая на своём, вы можете поставить меня в не самое выгодное положение, даже с учётом очевидных доказательств.
– Понимаю, – произнёс парень. – Тогда я лучше продолжу.
Теперь кивнула Афина. Это спокойствие далось ей непросто. За очередной милой улыбкой скрывается круговорот путаных мыслей и эмоций.
Девушка надёжно закрепилась в роли слушателя и аналитика, для неё это привычно. Но как же вышло, что теперь и она оказалась втянута в эту дикую историю? Что ещё за «кошечка», копирующая её внешность? С Акселем точно всё нормально? В последнем, до этой минуты, она была уверена наверняка, какие бы странности ранее ни звучали. Но это уже перебор.
Только ей начало казаться, что в рассказе замелькала тонкая нить логики, как всё снова перевернулось с ног на голову. А что дальше?
Дед зашёл в комнату отдыха с горстью цветных пакетов и бутылок в охапке. Он вывалил всё это на столик и махнул рукой, приглашая вошедших следом Первого и Огонька.
– Налетайте! – торжественно выдал военный.
Оба гостя подошли, с непониманием глядя на яркую кучу.
– Что это? – спросил Первый, усаживаясь на диван перед столом.
– Какие-то игрушки? – поинтересовался Огонёк, озадаченно вертя в руке шуршащий пакет.
– Чипсы же! – возмутился Дед, отняв у рыжего пачку.
Он дёрнул за края пакета, и в лицо мальчишке пахнуло пряным. Первый повторил манипуляцию солдата с другой пачкой и принюхался к терпкому аромату.
– Странный запах, – произнёс он, вертя в руке хрустящий ломтик.
– От этого гниют зубы, – ухмыльнулся Дед.
Две пары глаз с беспокойством уставились на него.
– Так сказали бы ваши предки, – пояснил военный. – Да не парьтесь! Всё равно ничего другого нет, а жрать-то надо.
