Пьер ненадолго оставил меня одного, а когда вернулся, я едва сумел сдержать возглас удивления. Он выглядел иначе. Серебристые волосы ниже плеч — не седые, а именно серебристые, будто в них въелись частицы серебряной пыли. Такого же цвета глаза. Он был похож на себя — и совершенно не похож. Действительно, магистр пустоты.
— Что, непривычно? — спросил он, усаживаясь напротив и ставя на стол бутылку вина.
— Я тоже пару месяцев привыкал, даже в зеркало не смотрел. Плюнуть хотелось.
— Непривычно, — согласился я. — Но так ты больше похож на магистра. Сколько тебе лет, на самом деле?
— Скоро будет тридцать, но благодаря некоторым… силам застрял в том возрасте, в котором получил магию пустоты.
Я задумался, а корректно ли будет продолжать расспросы, и решил, что стоит немного подождать, а Пьер наполнил бокалы.
— За смену времен, — провозгласил он.
— Да, за неё самую, — усмехнулся я.
Вино было приятным на вкус, но я отпил всего пару глотков. Сразу вспомнилось, что с утра ничего не ел, а пьянеть не хотелось.
— Вот, — снял с шеи цепочку с кристаллом. — Здесь те списки, о которых ты просил.
Пьер сжал кристалл в ладони и, кажется, с трудом удержался, чтобы не активировать его тут же.
— Смотри, если хочешь, — сказал я. — Подожду.
Магистр пустоты быстро принес листы бумаги и направил на них луч из кристалла.
Имя за именем, строка за строкой. Он вчитывался в каждую и чему-то кивал. Затем появилось имя моего отца. Показалось, что для Пьера это было вполне ожидаемо. Значит, он искал что-то другое. Знать бы, что. Вдруг он нахмурился.
— Что-то нашел? — спросил я.
— Скорее да, чем нет.
— И что же?
— Пока не могу сказать, надо проверить. Ты молодец, Фил. Если я прав, это многое объясняет.
Я пытался разглядеть, на какой странице остановился Пьер. Кажется, это был один из недавних выпусков. Но магистр быстро спрятал и кристалл, и бумаги. Понятно, не желает делиться своими соображениями.
— Мне одно не дает покоя, — заговорил я. — Как мой отец мог оказаться выпускником «Черной звезды»? Он же светлый маг. Был им…
— Ничего удивительно. — Пьер пожал плечами. — Виктор Вейран, насколько мне известно, изучал темномагическое искусство. Зачем? Наверняка, потому, что свет слабее в бою. А он был боевым магом, одним из лучших, пока не ушел в тайную службу.
— Разве светлый маг может использовать тьму?
Что-то Пьер не договаривал…
— Если её достаточно в его душе, — ответил Пьер.
Он хотел сказать еще что-то, но вдруг башня будто задрожала от фундамента до крыши.
— Что это? — подскочил я.
— Прорыв пустоты. Оставайся здесь! — на ходу крикнул Пьер и помчался прочь. Я постоял мгновение — и бросился за ним. Что мне пустота? Мы с ней уже встречались, а Пьеру может понадобиться помощь.
Полина.
Неужели мы наконец-то продолжили наш путь? Даже не верилось, но багаж был уложен, слугам даны наставления, отдельные наставления — Вильяму, который смотрел на нас с такой тоской, что я кусала губы, избавляясь от желания взять его с собой, и от судьи Гарднера сразу поехать в столицу. Но ребенку не место там, где и взрослые-то с трудом справляются. Поэтому оставалось только закрыть сердце на замок и пообещать Вильяму, что мы скоро вернемся, не пройдет и месяца. Кажется, Вилли не особо нам верил, но спорить с отцом не решался, а я последние сутки пребывания в замке герцога старательно от него сбегала.
Но вот знакомые ворота остались позади, а экипаж снова потащился по подмерзшему снегу. Полгода прошло… Эта мысль возвращалась снова и снова. Я до конца не верила, что время пролетело так быстро. Ведь все случилось, будто бы вчера. Этьен тоже больше думал о своем и молчал. Наверное, беспокоился о сыне. Пару раз даже приказывал остановить экипаж и исчезал ненадолго — проверял, не следует ли за нами белый волк. Но дорога оставалась пустынной, а мы постепенно продвигались к цели. И возвращался страх.
Что ждет впереди? Чем ближе ответ, тем ближе и другие вопросы.
— Беспокоишься? — спросил Этьен.
Я вздрогнула и обернулась к нему.
— Да, — ответила правду. — Если это судья Гарднер — хорошо. А если нет?
— Если нет, вернемся в столицу. Там как раз, думаю, подзабыли твое имя и само это дело. Правда, убийцу светлого магистра так и не нашли, но почему нас должно это беспокоить?
— Думаешь, сейчас станет проще добиться правды?
— Уверен. Сложно продолжать поиски, когда с тебя не сводят глаз. А сейчас все считают, что история Анри Вейрана позади. Тем лучше для нас.
Может, Этьен и прав. Прошло время. Столица — большой улей. Там полно новостей и скандалов, куда более интересных, чем история полугодичной давности. И все-таки было тревожно. А когда несколько дней спустя мы миновали ворота одного из провинциальных городков, тревога сменилась предвкушением. А может, все и решится? Каким бы ни был результат, он приблизит нас к ответу, кому Вейраны перешли дорогу. И уже это должно радовать.
