-Не советую так крутится, – мой голос чуть охрип, – туман нас, конечно, скроет от любопытных глаз, но вот звуки привлекут немало внимания.
Он тут же замирает, но уже поздно, по венам бежит огонь возбуждения.
Чуть кривлю губы в усмешке и неторопливо расстегиваю рубашку Николаса.
-Услышат, – прошипел полицейский, пытаясь ударить меня локтем.
-Тогда будь потише, – вытаскиваю пистолет и отбрасываю его в сторону.
Справится одной рукой с застежкой не так просто, но мне это удается. Секундное напряжение, - и туман встает плотной стеной, к которой я прижимаю Картера.
Тот шипит ругательства, но мне уже все равно. Несильный удар стопы по лодыжке, и Николас шире расставляет ноги.
-Я тебя убью, – Николас снова дергается.
-Смерть меня не страшит, ведь я уже умирал.
Туманные щупальца свились, едва мне стоило о них подумать, все же одной рукой не подготовить партнера к сексу, тем более, нужно сделать процесс приятным для обеих сторон.
Николас стонет и выгибается, закусывая губу. Щупальца холодные, и по его коже бегут мурашки от прохлады. Чуть улыбаюсь, как же он хорош.
Это нечто прикасается ко мне, и я ничего не могу поделать с возбуждением. Черт побери, мне всего 23 года, я ещё не вышел из того возраста, когда ласковые прикосновения к особо чувствительным местам останутся без должной реакции.
Прохладное щупальце проникает в меня. Я утыкаюсь лбом в руку, лежащую на туманной стене. В мыслях мелькнуло слово «тентакли», вспомнить бы только, откуда оно.
Тело прошивает резкая волна удовольствия, и я выгибаюсь, пытаясь подавить стон. Затылком чувствую ухмылку Небиа. Он доволен тем, что заставляет меня извиваться и стонать.
Заломленной руке больно, но едва ли его это волнует. Снова дернувшись, я замираю. Холодное и влажное щупальце, как большой язык, облизывает мой член, а второе, которое уже проникло в мое тело, увеличивается и… Черт, мне даже не описать этого.
Стон вырывается сквозь стиснутые зубы, и я обмякаю в руках убийцы.
Тихий звон стали, - и рука свободна. Разгибаю её и опираюсь на стену. Сопротивляться нет никакого желания.
Отпускаю его руку и уменьшаю количество туманных рудиментов, Николас уже никуда не посмеет сбежать.
Осторожно прикасаюсь губами к шее и медленно провожу пальцами по его груди. От этой незамысловатой ласки он прогибается в спине, и я больше не в силах себя сдерживать.
Избавиться от мешающей одежды помогает туман, и я одним толчком вхожу в Николаса.
Он вскрикивает и шире разводит ноги, пытаясь облегчить боль. Замираю на некоторое время, слыша лишь его тяжелое дыхание, и начинаю двигаться.
Тихие стоны удовольствия ласкают мой слух.
Николас поддается навстречу, не в силах терпеть столь медленный темп, и я, слегка усмехаясь, подчиняюсь безмолвному призыву.
Такое чувство, будто он проверяет меня на прочность. Медленно и со вкусом растягивая удовольствие. Не могу просить, но тело само подается навстречу, и я позволяю себе забыть о том, кто мой любовник.
Удовольствие достигает пика, и мой вскрик звучит слишком громко. Пугаюсь самого себя и слышу короткий выдох, от которого шевелятся волоски на шее. Вздрагиваю и понимаю, что Небиа вышел из моего тела. В поле зрения появляется сгусток тумана и накрывает мой рот и нос. Несколько вдохов, и я проваливаюсь в темноту.
Лэрд быстро шел по улице, закутавшись в плащ. Осень принесла холодный ветер и противные моросящие дожди, а ещё - туман. Его и так слишком много.
Адам внезапно остановился и огляделся по сторонам. Странно. На город опустилась какая-то неестественная тишина. Куда подевались все люди и машины?
Опустив ворот плаща, Лэрд медленно осмотрел улицу. Где-то в самом конце торопливо цокали каблучки, сзади был быстрый топот мужских, наконец два хлопка двери и все затихло. Мимо медленно проползла машина, и Адам смог разглядеть девушку, которая испуганно вцепилась в руль и внимательно оглядывается по сторонам.
Адам поднял голову и замер. Неба не было видно, молочное покрывало полностью закрыло его, лишь свет фонарей пробивался сквозь него и мистически мерцал.
Почувствовался запах дорогих сигар, и из тумана выступил мужчина. Черные волосы слегка взъерошены, а глаза сияют желтизной.
-Мистер Кэрри?
Взмах руки, и Адам падает на землю. Из перерезанной артерии фонтаном брызжет кровь, а тело судорожно дергается. Лэрд с хрипом пытается зажать рану, но вскоре бледнеет, судороги постепенно сходят на нет, и вот, окровавленная рука безвольно опускается рядом с телом.
Кукольник хмыкает и отталкивается от земли. Не его стиль, но этот человек ему не нравится.
Тайлер устало потер глаза. Он ненавидел ночные смены, из-за них вечно трещала голова, во рту была сухость, а тело разваливалось на части. В общем, полный набор похмелья без пьянки.
Уайт с трудом открыл дверь квартиры и привычно поймал рванувшего на лестницу Себастьяна.
-Себа, – укоризненно произнес Тайлер, – когда ты прекратишь свои выходки?
Кот мурлыкнул и, развернувшись, с гордым видом прошествовал на кухню.
