— Видишь красный домик слева? — показал он. — Там живут Нурберги и их лохматый пес. А примерно через час автобус пойдет назад, в город. Ты ведь к тому времени вернешься?
— Если успею, — сказал Тумас. — До свидания!
Шофер попрощался, и автобус уехал.
Тумас уверенно зашагал по дорожке к дому, где жили Нурберги. Фру Нурберг стояла на кухне у окна и видела Тумаса, поэтому, когда он постучал в дверь, она сразу открыла. Где-то в доме страшно лаяла и рычала собака.
Не успели фру Нурберг и Тумас сказать хоть слово, как этот пес прибежал. Да, он был лохматый — но совсем не Трассель! Это собака была вдвое больше и совсем не такая дружелюбная. Пес злобно зарычал на Тумаса.
— Ты чего-то хотел? — спросила фру Нурберг.
Тумас проглотил комок в горле и ответил:
— Да нет. Я просто хожу тут, гуляю. До свидания.
— Может, хочешь печенье или булочку? — приветливо спросила фру Нурберг.
— Нет, спасибо. — Тумас круто повернулся и зашагал прочь. Через несколько шагов он остановился, поклонился фру Нурберг и сказал: — Рад встрече. До свидания.
— До свидания. — Фру Нурберг, кажется, была сбита с толку. Огромная собака зарычала еще злее.
Вот теперь Тумас огорчился по-настоящему. Он-то поверил, что его Трассель живет в Суггебуде! Тумас вынул из кармана грязный носовой платок и высморкался. Просто удивительно, как течет из носа.
— Наверное, я простудился, — сказал себе Тумас. — Продуло в автобусе.
Он и глаза вытер. И щеки. Из глаз тоже немного текло.
Да, автобус же пойдет назад в город только через час. Как долго ждать! Чем Тумасу занять это время?
Фру Нурберг спрашивала, не хочет ли он печенье или булочку, но пускай сама ест свое печенье с булочками. Вместе со своей дурацкой собачищей.
«Погуляю тут, осмотрюсь», — подумал Тумас. Он пошел по проселку. Потом свернул направо, на дорожку поуже. Она круто уходила вверх, в лес.
Тумас двинулся по этой дорожке. Ноги сразу почувствовали, что дорога идет вверх. Она становилась все уже и в конце концов сделалась не шире лесной тропинки.
Как интересно бродить в лесу, думал Тумас. Но вот начало смеркаться; наверное, пора возвращаться, чтобы успеть на обратный автобус.
Тумас повернул назад. Но он, кажется, ходит кругами? Тропинка никак не превращалась в дорожку. Наоборот, она сделалась еще уже.
Тумас все шел, шел — и никак не мог выбраться на настоящую дорогу. Зато тропинка вывела его к большому лугу, на другой стороне которого виднелся сарайчик.
Тумас пошел туда.
Сарай был серый, обшарпанный. Когда Тумас шагнул через порог, ему навстречу вылетели несколько испуганных птиц.
Теперь уже почти стемнело.
— Эй! — позвал Тумас. — Есть тут кто-нибудь?
Нет, в сарае не было ни одной живой души — даже птицы оттуда улетели.
Тумас заглянул в сарай. Там было сено, от которого шел сладкий запах.
«Тут я и переночую», решил Тумас. Когда снова взойдет солнце, найти дорогу домой, то есть до автобуса, будет гораздо легче.
«Стану играть, что это гостиница», — решил Тумас. Он зашел в сарай, повернулся, поклонился и спросил:
— Желаете снять номер?
Потом вышел из сарая и повернулся.
— Да-да, благодарю вас. Мне нужен хороший номер на одну ночь.
И Тумас снова вошел.
— Желаете номер с сеном или без? — спросил он.
Снова вышел и сказал:
— С сеном.
Вошел.
— У нас как раз освободился великолепный номер с сеном!
Вышел.
— Спасибо, мне такой как раз подходит.
В сене было мягко и тепло. Тумас распаковал свой чемоданчик. Достал мелки, мячик, пазл и книжку с картинками.
И бутерброд с паштетом.
Тумас проголодался. И вонзил зубы в бутерброд.
Как жаль, что у бутерброда оказался такой ужасный вкус! Вкус пудры, мыла и духов. Во всем была виновата косметичка.
С грехом пополам Тумас протолкнул в себя бутерброд. Потом ему захотелось пить.
Но пить было нечего.
Поодаль, если хорошенько прислушаться, что-то журчало. Там тек лесной ручей. Но было слишком темно, чтобы выходить и искать его.
«Подожду до утра, — подумал Тумас. — Буду играть, что в городской гостинице сломался кран».
Он свернулся в сене калачиком и, вздохнув, уснул.
Трассель чувствовал себя очень несчастным.
Ужасно скучно маленькой собачке много часов подряд сидеть под замком совсем одной.
Когда хозяйка наконец пришла, Трассель стал скулить, повизгивать и скрести дверь. Ему хотелось на улицу. И вот хозяйка вывела его погулять. Как хорошо, радовался Трассель. Можно размять лапы, обнюхать и то, и другое…
Вскоре домой пришел хозяин Трасселя.
— Послушай, — начала хозяйка.
— Что? — отозвался хозяин.
— Не надо было нам с тобой заводить собаку. Оставлять его одного на целый день — это неправильно. Ни у тебя, ни у меня не получается зайти домой в обед. И за домом присмотреть некому.
Хозяин огорчился, но он был согласен:
— Ты права. Жалко Трульса.
(Ты ведь помнишь, что Трасселя на самом деле звали Трульсом? Трасселем назвал его Тумас.)
— Знать бы кого-нибудь, кто присмотрел бы за ним, — сказала хозяйка. — Но мы почти ни с кем в этом городе не знакомы.
— Ну, завтра у меня выходной, — заметил хозяин. — И я выгуляю Трульса как следует. Съездим с ним куда-нибудь на природу, прогуляемся.
— Вот и замечательно. Правда, Трульс?
