На выдохе попробовала отстраниться, чтобы убедиться в том, что ей все это не привиделось. Но Тимур не дал ей сделать этого — прижав к себе и положив ладонь на ее затылок, впился в губы, будто ждал этого поцелуя целую вечность. Когда его пальцы чуть стянули волосы Дины, она совсем потеряла контроль. Всхлипнув, обняла Тимура за плечи, прижимаясь все сильнее, не замечая ничего вокруг. Даже услышав скрип двери, не смогла прервать объятия, совершенно растворившись в собственных ощущениях.
— Ах!
Дина скосила глаза и увидела чью-то фигуру в белом халате.
— Силантьева… ну ты… вы даете… — Зоя ошарашенно смотрела на то, что происходило на больничной кровати, опустив руки с пачкой документов. Сглотнув, она помотала головой и, обернувшись в сторону коридора, быстро прикрыла за собой дверь.
— Зоя, милая, помоги… — прошептала Дина.
Тимур с трудом фокусировал взгляд, но, вцепившись в плечи Дины, не желал отпускать ее.
— Мне свет включить надо, — так же шепотом ответила медсестра. — Охранник рядом…
Дина провела по припухшим губам и кивнула. Взяв Тимура за запястья, отвела его руки, встретившись с зовущим взглядом темных глаз.
— Что вы ему колете? — нервно спросила, не удержавшись.
— Лично я ничего. Может, распоряжение завотделением? — Зоя включила ночной свет над кроватью, и в ту же минуту со стороны двери раздался голос.
— Все в порядке?
— Да, все бумаги по выписке я положила здесь.
— Отвлеки его! — одними губами прошептала Дина.
Зоя сделала круглые глаза и покрутила пальцем у виска. Сложив ладони в молитвенном жесте, Дина жалобно посмотрела на Зою.
— Прощайтесь, только быстро! Я уже закончила, так что… — медсестра передернула плечами. — Ладно… — Зоя быстро вышла. — Ну вот, теперь мы с вами больше не увидимся, Олег. Не хотите проводить меня до выхода?
«Олег?» — Дина закатила глаза, затем похлопала Тимура по колену.
— Очнулся? Как себя чувствуешь?
Парень окинул сонным взглядом палату:
— Ну… Вы всех пациентов целуете?
Дина вздрогнула и ошалело посмотрела на Тимура: «Не помнит?!». Через мгновение пришла в себя и сдернула тонкое больничное одеяло.
— Нам нужно срочно уходить. За тобой приехал дядя. Но, мне кажется, до Москвы ты доедешь уже… как бы это сказать… кабачком?
— Ненавижу кабачки… — Тимур спустил ноги и с хрустом потянулся. — Давно лежу?
— Мне кажется, тебя должно беспокоить другое… — Дина быстро подошла к двери и выглянула в щелку. Зоя и охранник стояли в конце коридора. Медсестра отчаянно улыбалась и, заметив Дину, положила руки парню на плечи.
— Не могу думать ни о чем другом, кроме как о твоем поцелуе, — раздалось над ухом Дины, и в следующую минуту Тимур стал сползать по стенке.
— Эй, — она успела прихватить его за талию и удержать, — стоять и не падать! Уходим!
Последнее, что Дина увидела, были выпученные глаза Зои. В сторону грузового лифта Тимур бежал сам, хоть и опираясь на плечо Дины.
Вслед за скрежетанием дверей над головой зажглись лампы. Холодный свет обволакивал и, казалось, делал расстояние между Диной и Тимуром еще больше. Они стояли, прижавшись спинами к противоположным стенам и молча рассматривая друг друга.
— Тебя будут искать, — Дина заговорила первой. Она отвела глаза, не в силах выдержать его пристального взгляда. Губы еще помнили поцелуй, но сердце уже болезненно сжималось, страшась того, что может последовать дальше.
— Возможно, — кивнув, хрипло ответил Тимур. Что-то промелькнуло в его глазах — грусть? Сожаление?
— Я сделаю все что нужно. Но для этого должна знать, как правильно поступить… — Голос Дины оборвался. Она никак не могла понять, как выстроить их разговор, и готов ли вообще к нему Тимур.
Внезапно за пару шагов он преодолел расстояние между ними и, уперев руки по обе стороны, наклонился, чтобы увидеть ее лицо. Расширенные зрачки прожигали насквозь, ноздри трепетали, вдыхая ее запах. Если бы Дина не видела, что он еле стоит на ногах, то подумала бы, что Тимур и не был под действием медицинских препаратов.
— Что ты знаешь обо мне? — спросил он странным голосом, от которого у Дины все похолодело внутри.
Лифт остановился. Она протянула руку, чтобы нажать кнопку, но Тимур перехватил ее, с силой сжав в горячей ладони тонкие пальцы.
— Ты — Тимур Ардашев, хозяин Скотинки, — с трудом выдавила из себя улыбку. — Мы случайно познакомились в клубе… Я — Дина Силантьева… Если ты помнишь…
Грудь сдавило от осознания того, что все вернулось в начальную точку. Разве можно передать словами бурю, которая сейчас бушевала в ее крови? Как объяснить человеку, что она наизнанку готова вывернуться, лишь бы он остался с ней?
Ардашев смотрел на нее, как будто видел впервые. И в то же время в его глазах мерцал знакомый блеск, который сводил ее с ума. Возможно, это лишь отражение ламп, но совсем недавно, в темном холодном городе, этот свет был единственным маяком, который вел их к жизни.
