– Патрон, у вас какие-то соображения?
– Нет, продолжай.
– Джойс Хьют, тридцать два года. А в теле у нее жанр есть, патрон… Не хмурьтесь, это я к биографии. Два раза побывала замужем. И оба раза неудачно. Во всяком случае, второй ее муж не только сильно проигрался на бирже, но и незаконно использовал на это деньги клиентов своей фирмы. Получил в результате четыре года. У тети Хьют обреталась сразу после развода – всего около двух лет.
– А чем вообще занималась?
– Кажется, ни дня никогда не работала. Хотя образование высшее, какое-то филологическое. Теперь о мужчинах?
– Давай.
– Лео Гринвей. Сорокалетний бездельник. Живет у тетушки уже пять лет. Тоже хорошо образован. Занимался мелкой адвокатской практикой в трех штатах, и похоже, везде неудачно.
– Все-таки узнай об этой его практике поподробней.
– О’кей. А в последние пять лет, судя по всему, просто прохлаждался у тети.
– Как и прочие мирные люди.
– Вы почему не пьете, патрон?
– Да, с удовольствием.
Видимо, он не научится разбираться в винах, если не понимает, вот чем это хуже тех дорогих, которые пьют в «Леопарде».
– Остается Ширак. Ему шестьдесят один год. Уроженец Франции, десять лет назад прибыл в Канаду. У себя он занимался мелким гостиничным бизнесом. Думал, здесь пойдет лучше, но лучше не получалось. Лет шесть назад перебрался к нам, стал владельцем мотеля совсем недалеко от поместья Линч. Она нередко заправляла у него машину, на этом и познакомились. А четыре года назад, вы знаете, построили обводное шоссе, поток резко снизился. Линч как раз была недовольна предыдущим работником и, на жалобу Ширака о неважных делах, предложила ему должность домоуправителя.
– По его французской жизни криминальной информации нет?
– Французские коллеги ответили, что в их архивах он не значится.
– Но ты чем-то хотел меня удивить?
– А что будем пить – чай или кофе?
Блейк взглянул на стенные часы, стрелки еще только приближались к десяти.
– По детскому времени можно кофе.Что за странная навязчивость? Опять он будто смотрит вниз с галереи. Смотрит, так как памяти что-то не нравится, и она хочет, вглядевшись, понять. А в те дни не было этого чувства. Откуда же оно теперь?.. Если верить себе и рассуждать логически, тогда это «что-то» не было значимо, поскольку не связывалось ни с чем. А сейчас связалось с чем-то, что определенно присутствует в его голове. То есть с чем-то из случившихся позже событий, которые он, даже когда не желает того, обдумывает. Макс любит кофе покрепче.
