— Потому что классификации нет, Геб, — я пристроилась рядом, и отлистала на несколько страниц в книге назад. — Почему предки назвали наш Мир Тварным?
— Твари, — быстро ответил Геб. — Твари тут и твари там…
— … на земле, на небе, и под землей. Такая теория есть, но может быть, потому что и мы — твари Божьи?
— Не все поклоняются Великому. Это Мара привечает всех, — Геб фыркнул в ответ. — У Немеса наоборот, право жить принадлежит только избранным.
— Так или иначе, Мир населен тварями. Сигнальные артефакты реагируют на активность, передавая сигнал дальше по цепочке, именно поэтому сигнальных вышек по периметру так много, — я потянулась за картой, которая лежала сверху стопки и расстелила ее на столе. — Лирнейский хребет, — палец скользит, повторяя повороты Хребта. — Естественное место обитания тварей, как и любые катакомбы и подземелья Севера. Есть теория, что они расселились по всей территории Пределов только с приходом Высших…
— Раньше они не покидали своих гор?
— Не знаю точно, история вещь спорная, — я пожала плечами. Жаркие дискуссии про увеличение ареала обитания из-за нарушения баланса с приходом нас в этот мир, велись до сих пор. — Но эти твари — материальны, имеют физическое тело, скелет, подлежат четкой классификации, и управляемы заклинателями, — подмигнула я. — В Восточном места скоплений — это болота, на Юге — пустыня… виды разные, но общим является наличие физической субстанции. Значит, сигнальный артефакт…
— … настроен на излучение физического организма определенной частоты и параметров…
— Верно, — кивнула я. — Вода, — я обвела кружком море на карте, — принцип аналогичен.
Сигналки стоят вдоль всего побережья, на островах, и им оснащен каждый корабль…
— Остается небо…, — протянул Геб. — Прорыв…
— Что такое Прорыв?
— Скопление тварей превышающее стандартную концентрацию на заданную единицу площади, — оттарабанил он. — С последующим лавинообразным увеличением концентрации, — уточнил он.
— А твари?
— Сущности, не относящиеся к человеческому виду. Опасные сущности, которые уничтожают наш вид, — подумав, добавил он от себя.
— У нас не один вид, Геб, — тихо добавила я. — Многие считают, что у нас не один вид. Есть Высшие, владеющие силой, и все остальные. И так же у тварей. Есть те, кто изначально обитал в этом Мире, когда пришли мы. И они просто защищают свою территорию, потому что были вынуждены сменить ареал обитания…
— Те, которые подчиняются заклинателям, — мечтательно закончил он.
— … и те, которые приходят незваными, — я фыркнула, представив себя с флейтой против Вызванного, например. Мы не можем заклинать и управлять инфернальными сущностями.
— Инфернальные сущности, которые могут обрести плоть, только если Прорыв Грани был успешен, Око открылось полностью… тогда эти субстанции обретают плоть и их могут засечь сигнальные артефакты, но тогда обычно уже слишком поздно…, — добавила я тихо.
Прорыв Грани нужно запечатывать формацией до, пока проход не стал стабильным…иначе приходится вводить военное положение.
— …как было во время Прорыва у Хэсау…
— Верно, — я кивнула головой. — И именно этот тип артефактов сработал в Керне, когда был Прорыв Грани на Центральной площади. Сигналки сработали, помощь пришла, и маги успели закончить формацию до того, как Путь был открыт полностью. Иначе жертв было бы больше.
— Два типа артефактов, — въедливо уточнил Гебион.
— Два, — подтвердила я с улыбкой. — И над задачей объединить их в один бьются не одно поколение, но не я здесь будущий артефактор. Соответственно, если использовать сигналки только первого типа, будет слишком поздно… инфернальные сущности из-за Грани уже обретут плоть.
— Почему бы просто не укрепить Грань? Или придумать артефакты для самой Грани, запретить им проход? Как они находят нас?
— Теорий много, — я пожала плечами. — Защитная Грань, как яйцо, укрывает Мир куполом и первыми её прорвали мы, когда пришли, — я замолчала, вспоминая, что говорили о нас аллари. — Некоторые считают, что это именно мы первыми показали Тварям путь в наш Мир, что они просто следуют тем путем, которым во время Исхода прошли мы…
— Но прошло столько зим…
— Все время мира, Гебион. Время везде течет по-разному. Если ты пройдешь в лесу по чистому снегу останется тропинка — следы, и пройти проще, наступая прямо след в след — путь уже есть. Если это так…, — я замолчала, обдумывая невеселую мысль, — значит, предыдущий Мир умер, Геб. И там теперь остались только твари, демоны Грани, не-мертвые… и ни одного из нас. Потому что ни разу ни один из Высших больше не пересекал Грани…
— Может им просто не хватает сил? — Задумчиво спросил Гебион. — Проход по летописям тогда удерживали Главы практически всех Родов, а открывали Жрецы…
— Если за эти тысячелетия там и остался кто-то в живых, то вся их сила должна уходить на выживание… в том Мире.
— Служители Немеса верят во второй Исход, — он подровнял книги стопочкой и почесал бровь. — Мама с Юга, из ортодоксальных, старый Род, — пояснил он. — Когда будет разрушена седьмая печать, все верующие обретут силу повелевать тварями…
