Знание того, что должно было произойти, дало Эйре шанс направить в сторону дракони ледяную стену. Они пронеслись прямо сквозь нее, опустив головы, что на коже даже не осталось синяков. Из чего, во имя Матери, были сделаны их плотно сложенные чешуйки?
Сейчас нет времени думать об этом.
Эйра подняла другую руку, призывая ледяной щит для блокировки меча Оливина. Оружие застряло. Инерция перенесла его в ее личное пространство. Они оказались нос к носу.
— Сразись со мной! Я хочу посмотреть, на что еще способна девушка, способная погасить Пламя Ярген. — Его вызов был низким рычанием, подчеркнутый ухмылкой.
Возможно, он хотел, чтобы звучало как шутка, но вызов задел ее за живое, чтобы мыслить рационально.
— Я этого не делала!
Она взмахнула левой рукой, призывая свой собственный меч. Оливин самодовольно улыбнулся.
— Джут калт. — Меч разлетелся вдребезги в руке Эйры.
Дракони атаковали их. Один врезался в Оливина, другая в нее. Эйра кубарем покатилась по земле с крупной девушкой. Дракони оказалась сверху, она отпрянула назад, выпустив когти, которые вонзила в грудь Эйры.
Эйра вложила всю свою магию в ледяной нагрудник. Если бы она этого не сделала, эти когти пробили бы ее насквозь и вонзились в грудь. Когти дракони отскочили рикошетом, но у Эйры не было шанса опомниться. Девушка снова отклонилась и нанесла удар справа. Затем слева. Дракони была полна решимости пробить лед Эйры своими когтями, и ее не волновало, что случится с Эйрой в процессе.
Коготь царапнул ее по щеке. Эйра издала резкий крик удивления и боли. Она почувствовала, как кровь приливает к уху.
Словно из ниоткуда порыв воздуха ударил соперницу дракони, отбросив ее от Эйры и отправив кувыркаться по арене. Взгляд Эйры переместился с того места, где приземлилась нападавшая, на источник ветра: Каллена. Он все еще сидел на одном из столбов и кивнул ей, прежде чем увернуться от большой хищной птицы — морфи, как подозревала Эйра, которая накинулась, протянув когти к его вымпелу.
У нее не было времени уделить больше, чем взгляду в его сторону. Дракони приходила в себя. Эйра быстро оглядела арену. Оливин был единственным эльфом, который все еще был в игре, и дракони, казалось, были сосредоточены на том, чтобы вышибить его. Еще один дракони отправился сражаться с республикой Квинт, один морфи с ними. Другой морфи занимался Ноэль.
Казалось, Солярис был единственной нацией, у которой в игре оставались все четыре участника. Остальных участников отвели в сторону, они сидели на скамейках под опускной решеткой, ведущей обратно в деревню. Она увидела другого эльфа-парня, который дрался с дракони, которому один из служителей помогал пройти мимо скамеек. Его нога была сильно покалечена, и, похоже, он не мог перенести на нее вес. Из груди молодого человека струилась кровь.
Вот тогда-то она и увидела
Вперед вышел служащий. На нем была такая же одежда, как и на всех остальных. Его темные волосы были убраны под плотно прилегающую шапочку. Но глаза у него были ярко-голубые, глубокие, как океан, и такие же опасные.
У нее перехватило горло. Воздух на арене стал разреженным, и она резко вдохнула. Он был здесь. Что он делал здесь, на открытом месте?
Ульварт коротко улыбнулся. Только ей. Прежде чем он начал помогать сопернику-эльфу укрыться в тени опускной решетки.
— Нет, это небезопасно, — сказала она, ее голос затерялся в шуме битвы, все еще бушевавшей вокруг нее. Ей нужно было идти. Эйра оглянулась. Каллен одержал верх над птицей. Никому даже не удалось организовать достаточно скоординированную атаку, чтобы поцарапать панцирь Элис. Они прекрасно справятся без нее.
Но простят ли они ее, если она снимет свой вымпел? Они поймут, что это гораздо важнее. Они должны.
Эйра начала ослаблять магию, которая уплотняла ее нагрудник, она поискала глазами своего ближайшего товарища по команде, чтобы попытаться сообщить, что она собирается сделать. Как только она это сделала, дракони, след которой она потеряла, снова набросилась на нее.
— Теперь ты моя! — прорычала она над Эйрой. Дракони отступила, она собиралась использовать ту же тактику безжалостного парада ударов.
Ужасная идея промелькнула в голове Эйры, и она воплотила ее в жизнь, прежде чем смогла придумать что-нибудь получше.
Дракони опустила руку, нанося удар по замерзшему нагруднику Эйры. С победным ревом она отколола куски льда. Толпа начала скандировать и подбадривать имя дракони:
— Котол, Котол, Котол!
