Не в силах смириться с печальными новостями, она всё время думала со слезами о своей первой любви, о Жолдоше, который был съеден волками, о близкой подруге Апал, которая замёрзла на перевале Узонгу-Кууш в 1916 году, и Упол, которую продали старому уйгуру в Китае за ведро пшеницы. Из всей семьи Апал и Упол выжил только их отец, которого она еле узнала. Походил он на глубокого старца, хотя ему не было и сорока лет.
С тяжёлой душой она покидала Иссык-Куль.
Обратный путь был труднее из-за дождя, который не переставая шёл несколько дней подряд, так что путникам приходилось менять одежду по три или четыре раза в день. Одежда не успевала высохнуть, приходилось переодеваться с мокрой на влажную. На одной из остановок Ченг нашёл на местном рынке и купил ношеные военные непромокаемые плащи. Мужчины определили, что два похожих плаща-накидки скорее всего принадлежали военным из Европы, так как были с дополнительной вставкой для укрытия головы в непогоду. А происхождение третьего плаща – длинного с ремнем, больше напоминавшим сюртук, с двумя дырками от пули на спине – так и не смогли определить.
Одежда уже успела высохнуть прямо на теле под плащами, когда они добрались до Турпана. Там бушевала настоящая зима, и им пришлось отсидеться в этом месте два дня.
После долгой дороги Турсун нездоровилось. Её всё время тошнило, поэтому она, уткнувшись в подушку, спала целями днями. Обеспокоившись её состоянием, Муваза вызвала лекаря, который после осмотра сообщил о её беременности.
Амина подросла. За время отсутствия родителей она привязалась к Мувазе и ни на минуту не хотела отпускать тётушку, которая очень сильно любила племянницу, возможно, оттого что у неё не было своих детей. Даже ночью, несмотря на то что девочка спала беспокойно, Муваза брала её в свою постель. Амина была очень подвижным ребёнком, за ней было тяжело смотреть. К вечеру и няня, и Муваза полностью выбивались из сил.
Вторая дочка родилась в начале лета 1919 года. Ей дали имя Фатима в честь матери Юсуфа и Мувазы.
За месяц до её рождения в Пекине началось шествие студентов, переросшее в общее масштабное движение против иностранных интервентов. Студенты громили дома, которые имели хоть какое-то отношение к иностранцам. Дом Юсуфа находился рядом с несколькими домами японцев и тоже подвергся разгрому, но хозяин до этого успел вывезти семью за город, в дом Хахар. Кроме того, были подожжены две торговые лавки Юсуфа, где наравне с местными продавались иностранные товары.
Юсуф вскоре после того, как ситуация в городе нормализовалась, купил участок на берегу реки недалеко от дома Хахар и начал строить собственный. Семья въехала в новое жилище, когда младшей Фатиме исполнилось четыре месяца. Турсун обустроила домашний очаг и занялась воспитанием девочек.
Опасаясь всё еще неспокойной ситуации, Муваза перестала ездить в город и постепенно отошла от семейного бизнеса. Предложение Турсун заменить ее и помогать мужу в делах было сразу им отвергнуто. Юсуф с утра до позднего вечера был на работе. Когда же не был в отъезде, по утрам позволял себе побыть с дочками. Он устраивал шумные игры, катал их на спине по всему дому. Дети смеялись от восторга и не хотели его отпускать. Он называл игру с детьми своим «детолечением».
Вдали от города Турсун чувствовала себя лучше и считала, что для детей тоже полезнее быть там, где больше воздуха и меньше шума.
Городской дом был отремонтирован, и Турсун потратила немало сил и времени для его обустройства. Пришлось покупать новую мебель, ковры и остальную утварь, так как не успели вывезти ничего во время студенческого восстания, и всё имущество внутри дома было разграблено или пришло в негодность. После ремонта дом стал гораздо уютнее, и Юсуф после работы часто оставался ночевать там под присмотром старого Бо.
Однажды Турсун поехала в город сделать кое-какие покупки и встретиться с Сюли. Экипаж подъехал к городскому дому, Турсун вышла из него с Аминой на руках. «Ада! Ада!» – закричала Амина радостно, дернувшись в сторону отъезжающего автомобиля Юсуфа, который он недавно выписал из Европы. На заднем сидении Турсун увидела Юсуфа и какую-то женщину с ярко-красными накрашенными губами. Автомобиль, не притормаживая, проехал мимо неё и плачущей дочери. Турсун была уверена, что муж увидел их, но нарочно не остановился. В женщине она узнала актрису из пекинского театра Сюин И, играющую второстепенные роли. Актриса была лет на 10 старше неё. Имя Сюин И означало «талантливая». В последнем спектакле Турсун с Мувазой посмеялись на тем, что её имя совершенно не соответствует действительности. Играла Сюин И бездарно.
Войдя в дом, Турсун начала расспрашивать Бо, зачем эта женщина была в их доме. «Не знаю, госпожа», – уклончиво ответил он. Она прошла в спальню и нашла там несколько её вещей. Не веря своим глазам, она зашла в комнату для мытья и обнаружила в сливном отверстии клок её волос.
– Бо, скажи мне, что общего между моим мужем и этой женщиной? Как часто она здесь бывает? – спросила она у слуги, хотя заранее знала его ответ: «Не знаю, госпожа».
