Тим подождал, пока все уйдут из зоны захвата заклинания, и протянув руки вперед, произнес уже привычный речитатив.
Сперва, ничего необычного не происходило. В различных местах над поверхностью появилась легкая, едва заметная дымка от очистившихся душ. И только вдалеке возникло нечто, еще не виденное. Похожее на призрак, но более темный и… с посохом в руке.
— Это еще что за пугало огородное? — гном тоже обратил внимание на него. — Тим, ты кого там разбудил?
— Лича… — вместо мага ответил я, поскольку именно так эти умертвия выглядели во всех компьютерных играх. — Дух мертвого мага…
— Совершенно верно, — согласился Тим. — Только, не просто мага, а — темного. Так что на рожон лезть не стоит. Маг после смерти сохраняет умение пользоваться магией и заклятиями, доступными ему при жизни.
Пока Тим объяснял, лич двинулся в нашу сторону.
Жутковатое зрелище. Будь у него вместо посоха коса — Смерть один в один, как принято ее рисовать.
— А ну-ка, — Тим быстро-быстро что-то прошептал, и словно легкий ветерок пронесся.
В считанные секунды он достиг лича, и умертвие дернулось, словно его укололи. Потом — то ли взвыло, то ли взвизгнуло, направило на нас навершие посоха, и в меня полетел огненный шар, размером с крупный апельсин.
Все произошло так быстро, что я даже отскочить не успел, а лишь импульсивно выставил перед собой руки. Фаербол ударился об рукавицы, зашипел и исчез. Оставив после себя лишь приятное тепло, которое приятно растеклось от пальцев по всему телу. А сами рукавицы словно в пескоструйной очистке побывали. Так и засверкали серебром.
— Ух, ты… хорошая штука… — пробормотал я. — Вовремя я вас нашел. А ну-ка, еще разок!
Лич швырнул в нас очередным фаерболом, только целился в кого-то другого, так что мне пришлось этот сгусток огня ловить. Поймал… Больше того — отбил. Словно в большой теннис играл. Умертвие ничего такого не ожидало, и прилетевший обратно фаербол приняло на грудь. Раздалось громкое шипение, и вроде как паленой шерстью повеяло.
Лич снова взвизгнул и плавно, не касаясь почвы, полетел к нам.
— Хозяин! Камень! В него! Бросай!
Тролль послушно подхватил с земли булыжник и запустил им в лича. Попал… Вот только без результата. Камень пролетел сквозь умертвие, не причинив ему видимого вреда. Может, задержал на секунду, не больше.
Понятно. Вся надежда на меч, который уже показал свою эффективность с призраками.
— Ну-ка, все ко мне за спину! — командую, чтоб не оставлять личу выбор.
Не оглядываюсь. Знаю, все кроме тролля наверняка послушались. А толстокожему здоровяку один-два фаербола, что слону дробина.
Лич уже почти рядом. Жутковатое зрелище. Висящий в воздухе темный балахон с капюшоном. Лица не видно, только горящая пара глаз и, непонятно как удерживаемый «пустым» рукавом, посох. Нацеленный в меня.
Выставляю вперед левую ладонь, а правой выдергиваю из ножен меч. Наносим удары почти одновременно. Фаербол ударяет в перчатку и рассыпается мириадом ярких брызг, меч — рассекает воздух на уровне капюшона. Раздается оглушительный визг, аж в ушах зазвенело, руны на мече вспыхивают голубоватым пламенем, и лич бесформенной кучкой оседает на землю.
— Вот так слепой лысого стрижет… — издаю вместо победного клича. — Пожалуйте бриться, любезный…
Тим выходит из-за спины и поднимает упавший посох лича.
— Ух, ты… — произносит восхищенно. — Хорошая вещь. В хозяйстве пригодится… Теперь и смогу вас поддержать. Тут еще с полсотни зарядов осталось.
— Бросать? — переминается с ноги на ногу тролль, подбрасывая на ладони пустой череп. Где только нашел.
— А давай, — не хочу разочаровывать здоровяка. — Вон туда… — указываю место, где по карте должна была стоять часовня. — Проверить не помешает.
Тролль с удовольствием отправляет череп в полет.
— Бац… — черепушка разбивается на множество осколков, и ровная поверхность застывшей магмы снова трескается в нескольких местах.
— Вау! — восклицает гном. — Это что-то новенькое.
Поскольку территория уже частично зачищена заклятием Тима, умертвий наружу выбирается немного. Но теперь скелеты уже больше похожи на воинов. У каждого на черепе шлем, в руках мечи и щиты, а на одном даже рванная и ржавая кольчуга болтается.
— Эх, развернись плечо, раззудись рука! — Захирд выскакивает наперед и со всего маха опускает молот на шлем ближайшего скелета. Шлем удар выдерживает, а позвонки хребта — нет.
— Даешь! — подбадривает себя своим же криком гном и атакует следующего.
— Дзынь! — и шлем опять оказывается на высоте таза, а все остальное сыплется на землю отдельными частями.
— Я! Бить! — поддерживает гнома тролль и бросается вперед. Его кулачища работают не хуже молота гномов. Ни щиты, ни прочие доспехи скелетам не помогают. Один удар — одна кучка праха. Еще удар — еще кучка.
Минут пять понадобилось троллю и гному, чтобы упокоить с дюжину умертвий последней смертью.
— Бросать? — тролль снова перебрасывает с руки в руку увесистый кусок стены.
— Нет! — кричим мы с Тимом одновременно. — Не сейчас. Сейчас ужинать будем, — прибегаем к самому весомому аргументу.
— Хорошо… — тролль роняет «снаряд». — Есть… Что?
