Наши сердца бились в унисон. В тишине ночи слышно было не только стук сердец, но и дыхание. Мы лежали умиротворенные друг другом, переполненные счастьем пока я не стал чувствовать, что сердечный ритм моей Софьи стал нарушаться. Эйфория девушки сменялась на панику. Как у меня получалось ощущать ее эмоции, не знал, но это действительно было так.
- Ч-шш, тихо, моя девочка, все хорошо, – стал успокаивать, прижимая крепче и перебирая ее волосы, – Милая моя, моя девочка.
Она напряглась, но не отстранилась. Уже хорошо. Самое главное не плачет от осознания содеянного. Значит, все же понимала на что шла и чем это могло закончиться? Надеюсь, она рассчитывала именно на такой исход. Через короткое время почувствовал, что дыхание моей маленькой женщины стало спокойнее. Уснула. Умница. Раз скандалов не будет, то можно отдохнуть. Поцеловав ее в рыжую макушку, не разжимая рук, я также закрыл глаза. Сны мне сегодня больше не снились.
А утром испытал разочарование. Софьи в моих объятиях не оказалось. Несмотря на ранее утро в квартире девчонки также не было. Этого я и опасался. Решила меня избегать? Сбежала? Лисичка, твою мать, и что мне теперь с тобой делать? Маленькая рыжая чертовка.
Софья.
Идиотка, что я наделала? Вот, как знала, что не стоило этого делать. Катерина, подруга называется, убедила, черт возьми, воспользоваться его сонным состоянием, чтобы он подумал, будто все привиделось. И я, дура, согласилась. Правда, взвесив все «за» и «против» решила его связать. Так мне, показалось, будет безопаснее. Ага, безопаснее, как же. Какого лысого инквизитора я, вообще, от испуга выпустила свой дар? Знала же, что его эмоции на меня и без дара отлично действуют, а тут полный Übergabe, капитуляция души и тела. Сама не поняла, как меня охватила эта страсть, и что мне дальше делать? Да, я теперь не смогу ему в глаза смотреть. Я СЕБЕ не могу в глаза смотреть, демоны побери. Хрен знает, кому из нас двоих отомстила? Скорее самой себе. И еще эти слова его «Милая моя, моя девочка». Что он там себе вообразил? Какая я ему милая девочка? Да еще и «его». Тупая кретинка - вот кто я. Как еще заснуть умудрилась в его объятиях? Сказались слабость, усталость, удовлетворение? Господи, как стыдно. Стыдно, СТЫДНО. У-уу.
Хорошо, что проснулась с рассветом. С непривычки спать в «обнимку» (читайте – в тисках мужских загребущих рук) затекла шея, что и разбудило меня. В принципе, если бы могла за ночь хоть раз сменить положение, то признала – лежать было удобно на широкой горячей груди «брата». Блин, теперь уж точно не брата. Первого мужчины в своей жизни. Любовника, идиотка, при том отличного. С трудом получилось выпутаться, чтобы не разбудить красавчика. Подняла с пола свой халатик, в котором пришла изначально, накинула и выскользнула из комнаты. Нога практически не болела, а вот душа… Душа находилась в смятении.
Следовало привести в порядок себя, свои мысли и свою жизнь.
Мне хватило полчаса на то, чтобы принять душ, надеть школьную, точнее лицеистскую форму и захлопнуть за собой дверь в квартиру. Приводить мысли в порядок лучше в одиночестве в независимости от времени суток. А дома мне никто не даст опомниться, в лучшем случае Станислав сделает вид, что ничего не было, а в худшем… Возгордится своей «победой»? Поиздевается лишний раз надо мной? Расскажет своим друзьям? Даже представлять это не хочу.
На часах шесть утра – это хорошо – маршрутки уже начали ходить. До занятий целых два часа – плохо – куда податься? У меня три варианта. Гулять по полутемным рассветным улицам, что чревато последствиями – либо нарвусь на неприятности, либо заболею. Ехать в Сосновку к бабушке. Черт, как я ей объясню свой приезд, особенно, когда сегодня возвращается мама? Остается только Катя. Надеюсь, она уже выпроводила своего Ежевского из дому, тетя Лида с работы приходит в семь.
Кутаясь в пальто (слава богу, додумалась одеть именно его и высокие сапоги, а то совсем окоченела бы), вышла на остановку. Тут же остановился 312-ый. Это событие меня порадовало, неужели и на моей улице праздник. Загадала, что если сегодня три раза подряд мне улыбнется удача, то я смогу разрулить эту идиотскую ситуацию в которой оказалась по собственной глупости.
Через сорок минут уже стояла на лестничной площадке перед Катькиной дверью и боялась нажать звонок. Мимо меня прошел дед Василий с пятого этажа, местный и кажется вечный сантехник, уже на пенсии несколько лет, а все в управляющей компании работает. Узнал. Кивнул, закурил сигарету и пошел вниз, громко кашляя, поперхнувшись собственным дымом. Я опять подняла руку к звонку, но так и не решилась нажать. В соседней двери щелкнул замок. Вышла бабка Настасья, Катькина соседка, с табуреткой, газетами и небольшим мешком семечек.
- Здравствуйте, баб Насть, – поздоровалась с ней.
