— Эрр Ихорас, что вас привело к нам?
— Я хотел поблагодарить, — просто ответил мужчина. — Я тоже бы не отказался сегодня от мидий, вы спасли и мою жизнь, ваше величество.
Мария кивнула.
— Я испугалась за дочь.
— Понимаю, ваше величество. Вы сегодня не побоялись насмешек, и спасли людей.
Мария кивнула.
Хотя ей было тогда наплевать на шепотки, на противные придворные морды… да хоть всех перетравите.
— Я дочь спасала.
— Все уже хорошо, ваше величество.
— Не вижу ничего хорошего. Отравителя нашли?
— Один из поварят найден мертвым в саду.
Это Марии простительно было закрыться у себя и рыдать. А народ в это время работал, собрали всех, кто был в кухне, пересчитали, опросили, не нашли одного из поварят, принялись искать, и таки нашли.
Мертвого, в кустах, задушенного шнурком.
Подробностей эрр Алесио говорить не хотел, но Мария буквально их выудила, задумалась.
— Странно как-то.
— Ваше величество?
— Вот я хочу кого-то отравить. И добавляю яд в любое блюдо… это же не повар, это поваренок. У него и шансов не было, верно? Так организована работа королевской кухни?
Эрр Алесио задумался.
А правда — как? Не часто казначею приходилось бывать на кухне.
— Если я правильно понимаю, готовят повара. Главный повар их контролирует. Поварята на подхвате. Порезать — почистить — помыть — принести… это логично! И ему дают яд, и говорят: всыпь, куда придется? Кто съест, того и отравим? Или как?
Алесио задумчиво подергал себя за хвост волос, стянутый бантом с большой драгоценной пряжкой.
— Не знаю…
— Я бы поняла, подкупи кто повара. Или уж того проще, лакея, который разносит пищу. Пусть всыплет яд конкретному человеку, что в этом сложного? Карманники и почище фокусы проделывают.
— Вы правы, ваше величество. Но тогда… хотели напугать?
— Напугать, подставить, да мало ли что? Я не удивлюсь, если поваренок окажется связан с кем-то… кого сейчас хотят подставить при дворе?
— Димаса Бустона, ваше величество. Канцлера.
Мария сделала плавный жест рукой.
— Почему — нет? Если обыщут вещи поваренка, и найдут нечто… чтобы пристегнуть канцлера к покушению?
— Ваши слова имеют смысл, ваше величество. Но почему сейчас?
Мария пожала плечами.
— Не знаю. Я вообще надеюсь в скором времени уехать от двора, так что…
Алесио сверкнул глазами.
— Зато знаю я. Если Димас составил документ, который вас устраивает?
Мария хмыкнула.
Устраивает ли?
Конечно, нет! Но и из дворца надо удирать, она это поняла. Два покушения — куда тебе еще? Два это только тут с храмом-то вообще три. Не-не, она в таком гадюшнике жить не согласна. Иоанн его развел, пусть Иоанн и радуется жизни, сколько сможет. А Мария…
Она поедет туда, куда ей указал Иоанн. И по дороге ее просто не станет.
Случится что-то такое… обвал, облом, да хоть бы что! Только вот и она, и Анна попросту исчезнут. А что будет дальше с этим Эрландом — ее волнует? Да пусть они тут хоть все провалятся, она и ухом не поведет. Ей и без того живется весело!
— Все замечательно, эрр, — вслух заверила она. И даже улыбнулась.
— Вот, ваше величество, значит, канцлера пора убирать.
— Эрсоны? Глупо как-то…
Алесио промолчал. Не хотелось лишний раз говорить королеве о ее супруге. Некоторые вещи не то, что вслух произносить, думать о них неприятно.
Иоанн не лучший человек в мире, он достаточно злобен, ревнив, подозрителен, мнителен и мстителен, уж казначей-то насмотрелся. Ничего Иоанн не забудет, и не простит. И когда придет момент, прекрасно воспользуется этим шансом убрать несчастного Димаса. А потом за его смерть спросит с Эрсонов. Правда, димасу, да и Алесио будет все равно.
— Возможно, ваше величество.
Мария не стала обсуждать этот вопрос. Вытерла глаза, вздохнула.
— Ну вот. И лицо красное, и соплей до ушей… спасибо за утешение, эрр Алесио. Вы мне очень помогли.
— Служить прекрасной королеве — мой долг, ваше величество.
Мария махнула рукой.
— Идите, открывайте дверь, эрр, не то придворные дамы сойдут с ума от любопытства. Вы их лишили возможности подсмотреть и подслушать, самого смысла их жизни.
— Я же не лишил их возможности посплетничать, ваше величество? Пусть придумают что-нибудь сами.
Мария тихонько рассмеялась.
— Даже не сомневайтесь, они это сделают.
— Ах, это женское любопытство, ваше величество. Оно неискоренимо.
Мария тряхнула головой.
— Да… эрр Ихорас, простите мне мое любопытство, но и у вас достаточно странное имя? Я раньше не интересовалась, мне стыдно, но я тоже женщина?
Она бы про что угодно спросила, лишь бы Анна успокоилась. А девочку все еще потряхивало. Она могла умереть сегодня… дети не верят в свою смерть, но все равно ей страшно. Ей было очень страшно! И за себя, и за маму!
— Да, ваше величество. Мой прадед бежал из Шагрена.
— Как? — искренне удивилась Мария. — Вы совершенно не похожи на шагренца?
Тут уж и Анна заинтересовалась.
— Правда… они темные, и глаза у них не такие…
Эрр Ихорас улыбнулся.
— Если хотите… могу рассказать вам забавную историю.
Дамы, естественно, хотели.
