— Я понял, — голос юноши хрипел, и он резко опустил глаза. Боже, как она его смутила! Давид даже не знал, куда ему деть глаза и пытался как-то избежать прямого взгляда с ней.
— Давид, — твердо проговорила Рыбакова, но парень не поднял глаза — посмотри на меня! — Она не подвышала голос, но говорила достаточно твердо, словно приказывала, но это точно так не звучало. Девушка поставила руки на бедра и нахмурилась. — Если ты не посмотришь, я сделаю еще раз так, — и Хвостов резко поднимает глаза, внимательно смотря на нее. Значит, она только что осознала, что сделала… И ее это совсем не смутило.
— Я все понял. К вечеру пришлю нужные файлы и фотографии, — теперь его тембр и голос выровнялся и стал обычным, а также девушке внушал доверие серьезной взгляд зеленых глаз. Вернулся прежний Давид.
— Я тебе буду безумно благодарна, — улыбнулась Рыбакова и сложила руки вместе на животе. Ей очень нравился серьезный Давид, но смущать его было бесценным, хоть парень и не сильно краснел, все было видно по его глазам. В них кружилось в танце легкое замешательство. — Или мне как-то по-другому тебя отблагодарить? — ехидность в ее голосе послышалась и Хвостову, который решил не проигрывать ей и резко поднялся с кресла да так, что девушка испугано сделала шаг назад. Теперь ухмылку она увидела на губах парня.
— Я буду не против, — он приближался к ней. Давид был не так хищен, как Табаков, но имел странную грацию и наглость, которую раньше темноволосая не замечала. Это движение ей казалось даже немного сексуальным, отчего она прикусила губу и сделала несколько шагов назад. Но юноша был быстрее и в мгновение очутился около нее.
— Ей, Давид, я же пошутила, — наиграно возмутилась Яна и по-детски улыбнулась парню, смотря в его глаза. Он был красив. Когда он стоял так близко, она ощутила запах мужского одеколона. Хвостов стоял около нее так, что она дышала фактически ему в грудь. Слишком высокий.
— А я — нет, — зрачки Рыбаковой уменьшились, когда юноша положил свои ладони ей на щеки и она автоматически стала на пальчики, даже будучи на каблуках. И он поцеловал ее в губы. Не так страстно, как Максим, но довольно эмоционально. Без языка, но как-то по-своему. Приятно и нежно, легко сминая губы, и обжигая изнутри странной, но сладкой нугой. Пальцы на руках, которые она положила поверх ладоней Давида, занемели и налились свинцом, как и ноги.
Между ними не было той безумной всепоглощающей страсти, между ними было что-то иное. Но целовать его было действительно приятно, хотя Яна ни разу об этом не задумывалась.
Хвостов оторвался от нее, когда воздух начал кончаться, и внимательно посмотрел на лицо уже смущающейся подруги, которая отвела взгляд. И он улыбнулся так ребячески и беззаботно.
— Посмотри на меня, — прошептал юноша, но Рыбакова только покачала головой, не смотря на парня. Она не хотела на него смотреть не потому, что он был ей противен, а скорее потому, что уж слишком она не ожидала от него такого. Ей всегда казалась, что он робкий, но как оказалось это не так. Совсем не так. — Если не посмотришь, я сделаю так еще раз, — он повторил ее слова и улыбнулся такой же улыбкой. Ехидной, но не лукавой. Юноша даже немного оскалился.
— Ей, так не честно, — улыбнулась Яна, смотря на парня и хмуря брови. Она была похожей на маленькую девчушку, которую Хвостову захотелось защищать. Даже сказала она это таким детский тоном и голоском. И парень, не сдержавшись, целует ее в лоб.
Дома девушка была в приподнятом расположении духа, ведь сейчас из-за Давида ей было так легко и приятно, но бабочки в животе не летали. Она в него не была влюблена, это была взаимная симпатия, которая может перерасти в что-то больше или нет. Даже Денис заметил ее состояние, кстати, он сегодня был первый раз в школе после того избиения. Сам мальчик сказал, что все было замечательно и его никто не трогал, а даже одноклассники похвалили его сестру, в смысле Яну, за смелость противостоять самому Максиму. Конечно, на последних словах и выразительному «самому» девушка закатила глаза и покачала головой.
Мама сегодня не ночевала дома, ведь она уехала к Анастасии Даниловной — младшей сестре их отца. Женщине сейчас приходится нелегко, ведь недавно от нее ушел муж, и она справлялась сама, как могла, но все же грусть немного поглотила и ее. Татьяна решила, что должна помочь Насте с ее горем, ведь и сама столкнулась с таким, хотя немного другим. Она никак не может вернуть своего мужа. С того света не возвращают.
От раздумий о маме, Рыбакову отвлек звук, исходящий от компьютера. Ей пришло сообщение от Хвостова. Он, как и обещал, скинул ей несколько документов и фотографий. Темноволосая отправила быстро по электронной почте «Спасибо!» и начала изучать материал.
О родителях было написано совсем немного и совершенно безобидная информация, также о друзьях. Вот тогда темноволосая решилась посчитать сколько девушек было у этого «общительного мальчика» в свои-то семнадцать.
