- Совет верующих мыслителей, как они любят говорить, - так же тихо ответил тот. – Но окончательное решение за одним – за верховным понтификом… Я слышал о нём немного. Но то, что слышал, не вызывает восхищения.
- Понял. Не зря, наверное, там на монетах храм Триединого чеканят. Теократия, что тут сказать.
- Не верю я тебе, Амран, - вновь подключился «плохой полицейский». – В Декедде ненавидят Астризию. Сколько зим уже ненавидят… Вы никогда не отказывались нагадить в наш ботинок, если могли. Вы никогда не скрывали неприязнь.
- Но мы бы никогда не посмели причинить столь чудовищный вред! – воскликнул Амран Хабиб. – Мы же не идиоты! Совет старейшин никогда бы не одобрил такой поступок. Ведь он мог спровоцировать могучую Астризию на куда более недружественный акт. Зачем это нам? Столько зим мира… А затем своими руками всё разрушить. Это невозможно… Нет, не может быть!
Посол или прекрасно играл роль, или на самом деле считал такой вариант нереальным. Хотя, возможно, его просто не поставили в известность. Весьма велик шанс, что посла отловят и допросят «с пристрастием». И он расскажет всё. Гораздо проще принести его в жертву. А когда шум уляжется, прислать нового.
Но я всё же не был склонен верить, что Амран Хабиб прекрасный актёр. Этот высокомерный индюк годился лишь на то, чтобы корчить рожицы. Нос задирать, подбородок. Но если на него слегка надавить, он станет похож на сопливое чмо, ползающее по полу. Практически на такое, на которое я сейчас смотрю. Не верю я, что он причастен. Он или заложник собственного невежества, или им действительно готовы пожертвовать.
- Посол Декедды! – я выступил вперёд, грозно нахмурив брови. – У тебя один шанс на спасение – отправить срочную депешу с требованиями опровергнуть наши обвинения. Возвращайся в Посольский квартал. Выбери самого быстрого сирея и немедленно отправляй на родину. Твоя жизнь зависит от того, как быстро ты получишь ответ.
- Клянусь Триединым, я всё сделаю, - залепетал Амран Хабиб, не сводя с меня испуганного взгляда. – Я сейчас же подготовлю послание. Обещаю, не позднее чем через декаду придёт ответ. Я уверен, это ошибка...
- Через половину декады. У тебя есть половина декады, Амран, - мрачный вид нового короля не оставлял послу иных вариантов. – Если ответ придёт позже, из Посольского квартала ты переедешь в подземелье. А если и через декаду мы ничего не увидим, боюсь, ты повторишь судьбу бывшего королевского обер-камергера. И, поверь, прийти посмотреть на твою унизительную казнь никто не захочет. Ведь мы утопим тебя в выгребной яме.
В обморок посол не упал, но всё же не смог совладать с самим собой: услышав слова Тревина, он сблевал прямо на выдраенный до блеска пол.
***
В собственные покои в отремонтированном Восточном крыле королевского дворца я попал ближе к позднему вечеру. Мне хотелось немного отвлечься после насыщенного событиями дня и я уделил время тренировкам. Вместе с Сималионом и Ибериком мы гоняли друг друга в поединках до тех пор, пока не изошли пОтом. Но физические нагрузки реально помогли снять стресс.
Пробравшись через круглосуточно дежурившую охрану, я отворил дверь и увидел Мелею и Дейдру. Они, словно в старые времена, сидели друг напротив друга и что-то вышивали на куске ткани. А Мелея, по-классике, то и дело высказывала внучке, что та опять что-то делает не так.
Бегло осмотрев уютную картину, я улыбнулся. Затем перевёл взгляд на Элазора, и увидел, как тот тихо сидит в кроватке с высокими бортиками и крутит в руках деревянные кубики с изображениями местной фауны. Дейдра рассказывала мне, что святой отец Эриамон настоял на этом. Он знал, что дети лучше запоминают новый мир глазами, а не ушами.
Я захлопнул дверь, заставив семью встрепенуться. Мелею я тоже считал своей семьёй. Доброй тёщей, которой у меня никогда не было.
Заметив меня, Дейдра улыбнулась, вскочила и бросилась в объятия. Но затем картинно поморщилась.
- Фу-у-у-у-у-у, - она скривилась и зажала нос. А потом даже ладошкой помахала, будто разгоняла смрад. – Сколько лиг ты отбегал? Сколько потов согнал? Рубаха вся пропиталась. Надо застирать.
Она тут же принялась стаскивать с меня рубашку. И хоть самой стирать ей уже давно не было необходимости, я был крайне доволен, что сие занятие её не пугает. Я помню свою «Земную» жену. Её даже пугала необходимость включать стиральную машинку.
- Принести чего-нибудь, милих? – Мелея тоже оставила своё занятие. – На кухне поварихи из прислуги молодые да бестолковые. Но я уже научила их правильно завар делать и юшку настаивать. Будешь что?
- Нет, спасибо, - про себя шмыгнул я носиком. Такая забота мне нравилась. В своём мире ничего подобного я никогда не испытывал. – С Сималионом, Феилином и Ибериком мы перекусили. Сейчас обмоюсь и спать.
Мелее дополнительных объяснений не требовалось: она тут же поднялась, поклонилась и направилась к двери.
- Элазор, - позвал я малыша. Но тот и так за мной внимательно наблюдал. - Пойдёшь ко мне?
- Не-а, - лаконично ответил тот, неопределённо гыгыкнул и бросил в мою сторону кубик.
- Очаровательный молодой человек…
