...Спустя десять дней после начала войны, 2 июля, из Кубинки по тревоге взлетел Як-1 лейтенанта Гошко. Дежурного летчика 11-го истребительного авиаполка подняли по сигналу постов наблюдения, которые засекли вражеский самолет-разведчик, направлявшийся на большой высоте к Москве. Найти без наведения с земли (рацию имел еще не каждый самолет), успеть набрать высоту и нагнать противника было совсем не просто. Однако молодой летчик справился с задачей в этом первом для него боевом вылете. Настигнув чужую машину, Гошко будто увидел ожившую картинку с наглядного плаката "Учись распознавать самолеты врага". По конфигурации, эллипсовидной форме крыльев и стабилизатору, огневым башням узнал большой двухмоторный "Хейн-кель-111". И на его плоскостях и фюзеляже своими глазами впервые различил жирные черно-белые кресты. Как потом оказалось, на борту этого самолета находился полковник гитлеровского генштаба, выполнявший специальное разведывательное задание. При нем были секретные карты.
Враг открыл мощный, из нескольких стволов, упреждающий пулеметно-пушечный огонь. Гошко атаковал. Горячась, бил длинными очередями. Но Хе-111, изворачиваись, уходил. И все же нагнал лейтенант "хейнкеля" Не кланяясь встречным огненным трассам, подошел на короткую дистанцию - ударить наверняка! И тут оружие "го смолкло... Гошко кинул свой "як" на врага. Грохот удара! Подрубленный "хейнкель" валится вниз. И хотя лопасти винта были сильно погнуты, мотор едва тянул, Гошко благополучно посадил Як-1. Так был совершен первый воздушный таран в небе Москвы.
* * *
Во второй половине июля 1941 года после многодневных, яростных, кровопролитных боев в районе Смоленска наступление фашистских войск на московском направлении захлебнулось. Впервые с начала войны директивой № 34 Гитлер был вынужден приказать своим войскам перейти к обороне.
Попытка с ходу вонзить нож в сердце Советской России сорвалась. Силясь скрыть это, фюрер объявил, что русская столица якобы и не является его главной целью и что вообще для него "Москва не более, чем название места". Каково? А, кажется, еще не просохли чернила в служебном дневнике начальника генерального штаба сухопутных войск Германии Гальдера, записавшего последнее указание Гитлера 8 июля 1941 года: "Непоколебимым решением фюрера является сровнять Москву и Ленинград с землей... Задачу уничтожения городов должна выполнить авиация".
И вдруг... заело под Смоленском. Изо всех сил тому подсобили наши летчики. В те отчаянные июльские дни и ночи они совершили здесь более 5000 боевых вылетов, сбили в воздушных боях 200 истребителей и бомбардировщиков со свастикой.
Случился в конце того памятного июля у гитлеровской военной машины еще один срыв. Неожиданный, ошеломляющий. Плачевными оказались для "непобедимых" люфтваффе первые результаты широко развернувшегося воздушного сражения за Москву.
Планируя в июле массированные бомбардировочные налеты на советскую столицу, враг хотел посеять панику в рядах ее защитников и тем самым помочь группам армий "Центр" продвинуться вперед, смяв заслоны, перекрывшие путь на Москву!
Свыше тысячи самолетов 2-го воздушного флота противника действовали на рубеже Великие Луки, Смоленск, Гомель и на более близких подступах к столице. К Москве были переброшены шесть отборных бомбардировочных авиачастей. Среди них "Легион Кондор", эскадра особого назначения "Гриф" и другие, им подобные. Всего свыше 300 бомбардировщиков "Хейнкель-111", "Юнкерс-88", "Дорнье-215". Машины и экипажи, готовые к высотным дальним ночным полетам. Гитлеровцы не сомневались, что сумеют забросать бомбами главный советский город.
В те же дни группа армий "Центр" двинула значительные силы, чтобы обезопасить свои фланги. Так, для усиления германских войск, рвавшихся к Великим Лукам, были направлены девять дивизий - из них две танковые.
Для защиты подступов к столице в район Великих Лук перелетел 29-й Краснознаменный истребительный авиаполк, чтобы поддержать свои войска на поле боя. Прикрыть с запада небо Москвы. Полк уже выполнил десятки боевых вылетов, нес потери и имел победы. Все понимали, что здесь, на Западном фронте, придется еще тяжелее. И ответственнее - каждый себя почувствовал лично причастным к защите Москвы. Помогая нашим наземным войскам сдержать бронированные колонны врага, полк включился и в зону круговой эшелонированной ПВО столицы. Теперь в любую минуту в случае пролета чужих бомбардировщиков на Москву в секторе Великих Лук подразделения полка могли быть подняты в воздух.
В ночь на 22 июля 1941 года воздушная битва на подступах к Москве началась.
В затемненной Москве ни огонька. Летчики на аэродромах в готовности номер один. Тишина - обманчивая, вкрадчивая, усыпляющая... И вдруг на командных пунктах, позициях, стоянках затрезвонили, зазуммерили телефоны, засвистела морзянка:
- Идут!..
Зеленый крючок сигнальной ракеты наискось прошил тьму над аэродромом.
- К запуску!
- Есть, к запуску!
