И лишь после этого в квартирах, цехах, на быстро пустеющих улицах и площадях Москвы послышался из репродукторов и громкоговорителей вой сирены и знакомый голос произнес:
- Граж-да-не, воз-дуу-шная тревога!
Первыми нащупали высоко летящих одиночных немецких разведчиков. Потом бойцы постов воздушного наблюдения, оповещения, связи убедились в приближении множества чужих самолетов в районе Вязьмы, более чем в двухстах километрах от столицы.
В ночной тьме незримыми волнами один за другим устремились к Москве четыре эшелона "хейнкелей", "юнкерсов", "дорнье" - всего до 250 машин. Они шли, крадучись, с потушенными огнями, при подходе к целям меняя высоту и курс, расходясь на компактные группы и даже рассеиваясь на одиночно летящие самолеты. Чтобы сбить с толку истребителей, зенитчиков, прожектористов, они старались проникнуть к городу с разных сторон, несли все вместе (по минимальным подсчетам) не менее 250 тонн бомбового груза для прицельного сброса на Кремль, крупнейшие заводы, аэродромы, вокзалы, мосты. Гитлеровские авиационные штабы планировали массированное бомбардировочное нападение так, чтобы всю ночь Москву трясло от взрывов. Они стремились образовать как бы замкнутый круг, непрерывную бомбардировочную карусель, без остановки крутящуюся над городом: интервал между вылетом каждой из четырех колонн должен быть таким, чтобы последующий эшелон начинал бомбежку тотчас вслед за предыдущим. Всё высчитали воздушные громилы весьма точно! И потребное количество бомб, и коэффициент разрушения домов, и ожидаемые цифры человеческих жертв. Упустили в расчетах, казалось бы, и не столь материально существенное - мужество парней, которым народ доверил беречь родное небо.
Спотыкаться во тьме отдельные группы фашистской летучей армады начали еще на дальних подступах к Москве. Им навстречу были подняты 170 советских ночных перехватчиков. "Юнкерсы" растерянно шарахались в стороны, когда в их строй врезались истребители, круша каждого, кто не успевал увернуться, пушечным огнем, а то и хвостатыми факелами реактивных снарядов. Бывалые стрелки "хейнкелей" или "дорнье" дружно били всей группой из крупнокалиберных пулеметов - яркими в темноте трассами перекрещивали русский самолет. Ослепительно вспыхнув, он будто освещал путь для товарища - другой советский истребитель кидался на стаю вражеских бомбардировщиков. Такой ярости и упорства атакующих отборные экипажи гитлеровцев не встречали!
Некоторые немецкие самолеты были сбиты или выведены из строя, но основная сила армады все ближе подходила к Москве. Здесь, в световых полях прожекторов над ближними подступами к столице, натиск советских истребителей утроился.
Особо отличился в этом бою капитан Константин Николаевич Титенков, командир эскадрильи 11-го истребительного авиаполка. На Як-1 Титенков разыскал во тьме головную группу неприятельского эшелона, летевшего к Москве. Как только группу "схватили" наши прожектора, Титенков смело повел свою машину против строя в два десятка самолетов и атаковал флагманский Хе-111. Позже стало известно: вел этот эшелон, пилотируя "хейнкель", матерый воздушный стервятник, отмеченный двумя Железными крестами и другими наградами за бомбардировку Польши, Франции, Англии. Резко бросив машину вниз, меняя курс, фашистский ас пытался вырваться из узла прожекторов, уйти от истребителя во тьму. Весь экипаж бомбардировщика палил из пулеметов по атакующему. Титенков меткой очередью выбил стрелка. Потом чуть ли не в упор ударил из пушки по правому крылу - оно полыхнуло пламенем! Неподалеку от Рузы "хейнкель" шмякнулся на землю, которую собирался бомбить.
На обезглавленную группу бомбардировщиков ринулись вслед за комэском другие летчики, разогнали ее, сбили и вывели из строя несколько "хейнкелей". Так и пошло у Константина Николаевича Титенкова - чуть ли не каждую ночь "приземлял" он непрошеного гостя. За храбрость и боевое умение, проявленные в битве за Москву, К. Н. Титенков был удостоен звания Героя Советского Союза.
Защищая столицу, подвиг Титенкова повторили более двадцати советских соколов. Весь мир узнал о необычном оружии русских летчиков - таранах в московском небе.
В ночь на 22 июля отважными атаками десятков истребителей над всей площадью от дальних западных подступов до городской черты Москвы и сплошным заградительным огнем зенитной артиллерии четыре стройных колонны в 250 воздушных кораблей, ведомых лучшими бомбардировочными экипажами Германии, были смяты, раздроблены, рассеяны. Фашисты не выполнили поставленной перед ними боевой задачи; не долетев до цели, освободились от бомбового груза, повернули вспять.
