— Если помогаешь из благодарности — то точно завязывай уже. Самому уже, наверно, в больницу пора. Если только… а, не важно.
Сэм дотронулся кончиками пальцев до свежего медицинского пластыря.
— Пойду, когда будет нужно.
— Наверняка шрам останется, — Милдрит несколько секунд смотрела на пластырь, затем встретилась с Сэмом взглядом. Она быстро заморгала, отворачиваясь.
— И пусть. Одним больше одним меньше, — он коротко глянул на запястья.
Милдрит посмотрела под ноги и сильнее оттянула рукава. Наверное, это был самый подходящий момент, чтобы начать этот разговор. Глубоко вдохнув свежий воздух, пронизанный летним теплом, она собрала мысли и выпалила на одном дыхании:
— Я не понимаю, как ты можешь их не прятать.
— А зачем?
Милдрит резко остановилась, будто врезавшись в невидимую стену.
— Чтобы тебя не жалели.
Сэм, обернувшись, остановился.
— Ты меня жалеешь?
— Нет, но…
— Сама ответила, — Сэм сделал несколько шагов навстречу, сокращая расстояние, — Хватит париться о том, что подумают другие. Сначала со своими тараканами разобраться надо. Ты думала, почему делаешь это?
Милдрит прошибла дрожь; она сильнее оттянула рукава. Понимала, что готова открыться. Теперь в этом одиноком мире у неё появился ещё один
— Потому что я должна быть лучшей во всём. Но этого хотят мои родители, а не я. А я не могу просто… взять и слиться со стеной, как Джей. Быть заурядной. Иногда мне кажется, что я не принадлежу себе, а это… Помогает мне понять, что мое тело всё ещё мое, и я могу им распоряжаться, как захочу. До тех пор, пока это остаётся незамеченным.
Она одёрнула себя в самый последний момент, стараясь не сболтнуть лишнего. Вбросила то, что действительно волновало, но представила лишь верхушку айсберга. О главной причине говорить не стоило никому. Видела ведь, чем подобное заканчивается. Оказаться сейчас на месте Тейлора хотелось меньше всего на свете. Молчать и недоговаривать, к счастью, были одними из лучших её навыков.
Милдрит больно впилась ногтями в ладони, но, почувствовав поверх теплое прикосновение, расслабила мышцы. Она позволила взять себя за руку и поняла, что не может сдержать улыбку.
— Скажу банальщину, — неторопливо начал Сэм, — Но всё будет хорошо. Как только уедешь из родительского дома — сможешь быть собой. Что бы ты сделала в первую очередь, избавившись от их контроля?
— Отрезала бы волосы, — не задумываясь, ответила Милдрит. Она и правда думала об этом слишком часто. Ухаживать за длинными густыми волосами было тяжело и долго; хотелось ощутить легкость.
Сэм еле слышно засмеялся.
— И что смешного? — фыркнула Милдрит.
— Да нет, ничего. Я просто… Когда уехал от мамы — сразу осветлился и начал волосы отращивать.
— У дураков и мысли сходятся, — беззлобно протянула она.
Они обменялись улыбками, и пошли дальше, молча переплетая пальцы.
Каллен не любила ходить по магазинам в больших городах. Множество отделов с однотипной «мертвой» одеждой. Слишком много людей вокруг, которые всегда обращают внимание на тех, кто выделяется. Она чувствовала себя экзотической зверушкой в зоопарке, когда приезжала в торговые центры Нилтема.
Зато их любил Мэтти.
Даже имея довольно специфический вкус в одежде: чем темнее — тем лучше, Мэтти не упускала ни единой возможности выбраться на шопинг в город. Каллен всегда ездила за компанию, обшаривая при этом все ближайшие книжные магазины. Она не столько читала, сколько хранила книги на полках, чтобы «вот завтра, вот точно» прочесть их.
А ещё, это всегда помогало привести в порядок мысли. Расставить их по полочкам, прямо как книги. Рассортировать по алфавиту. И всё равно потеряться, в поисках чего-то особо важного. А, после, понять, что вот это «важное» находилось прямо перед твоим носом всё это время.
— Детка? Столица!
Каллен заметила, что Мэтти машет рукой прямо перед её лицом.
— Да, что? — она резко выпала из размышлений, нехотя возвращаясь в реальность.
— Ничего, просто интересуюсь, нормально ли ты себя чувствуешь, — Мэтти удобнее перехватил пакеты, — Не хочешь на работу к родителям твоим потом заскочить?
— «Заскочить?» Да мы ведь миллион часов до Столицы ехать будем. Ещё и без предупреждения нас вряд ли после того раза пустят в лабу… — Каллен задумчиво посмотрела наверх, — И они всё равно ко мне на день рождения приедут.
— Через три месяца?
— Через три месяца.
— Как скажешь.
Они только направились дальше, но Каллен почти тут же затормозила у киноафиши. Мэтти остановился рядом, с безумно громким выдохом закатывая глаза.
— Хочешь в кино?
— Нет, просто… интересно, какие фильмы сейчас показывают.
