Чансок, шедший впереди меня, внезапно остановился, как будто прочитав мои мысли. Я также встала на месте. Лучи закатного солнца погасли, и ласковая тьма постепенно опустилась на землю.
– Скажи, почему тогда… Ты приняла это решение, даже не обсудив его со мной или, по крайней мере, не спросив моего мнения? Вот что возмутило меня сильнее всего.
Он повернулся ко мне.
Я ожидала, что однажды услышу этот вопрос. Я думала, что, когда момент настанет, у меня хватит уверенности ответить твердо. Но когда я попыталась сформулировать свои мысли, ничего не вышло. Я просто не понимала, какое значение имеют все эти слова. Наверное, они были нужны, чтобы нам разобраться со старыми чувствами и без проблем вернуться к повседневной жизни.
– Я оказалась в ситуации, когда не могла ни вернуться с Наен обратно в Чосон, ни остаться одна на острове. Мне тогда было восемнадцать лет, и я чувствовала, что поступлю глупо, если вернусь домой. У нас не было другого выбора.
Это казалось неубедительным оправданием, но ответ был самым честным, который я только могла дать. Нам всем пришлось пойти на это. Я считала, что причина, по которой Чансок и Сангхак молча согласились, заключалась в реальности, которую нельзя игнорировать. И нам хотелось верить, что мы сможем жить счастливо, как ни в чем не бывало.
– Я так долго ждал, – послышались во тьме его слова. Они показались мне очень близкими. Возможно, это было то, что произнесла бы я, если бы захотела открыть свое сердце. Слова были спрятаны глубоко внутри меня. Я впервые обнаружила, что человек может расплакаться от одной простой фразы. Внутри меня обнажилась невидимая трещина.
– В первый раз в жизни с самого рождения я чего-то ждал. Очень странное ощущение, знаешь. Ощущение единения с человеком, которого ждешь. Может быть, поэтому мне было так нелегко принять ситуацию.
– А что бы ты сделал на моем месте? Меня ведь никто не остановил, включая тебя. Не понимаю, почему ты задаешь этот вопрос только сейчас. Разве мы вчетвером не заключили тогда негласное соглашение принять эту судьбу и жить счастливо?
Мой голос звучал взволнованно. Наверное, меня злило то, что он вообще поднял эту тему. В любом случае с его стороны было низко задавать мне вопросы теперь о причине тогдашнего решения.
Чансок подошел ко мне. Нежно сжал мое плечо. На когда-то золотые поля опустилась тьма. Он шагнул ближе, я услышала его дыхание, и меня охватило мгновенное желание обладать им навеки.
– Говорить об этом сейчас бесполезно и даже, возможно, грубо. Но я не уверен, что у меня хватит мужества раскрыть свои чувства когда-либо еще, так что, пожалуйста, выслушай меня.
Мне захотелось заткнуть уши и игнорировать то, что он говорил. Мне казалось, что какие бы слова ни были сказаны сейчас, они послужат непреодолимой разрушительной силой, которая в конечном итоге уничтожит меня и нас. Как будто Чансок намеревался заявить: «К дьяволу осторожность» – и ввергнуть наш мир в хаос.
– Сначала я чувствовал, что ситуация абсурдна. Я злился и был опустошен, как будто мое ожидание оказалось напрасным. Я женился, словно ничего не произошло. А сейчас к тому же у нас еще и ребенок. В иные дни я прекрасно все понимал, а в иные буквально ненавидел тебя.
Его голос сильно дрожал. Возможно, меня трясло не меньше. Какова была природа этой дрожи? Я тряхнула головой, словно отбрасывая все лишние мысли. Что было действительно странно, так это что мне казалось, будто его слова отражают мои собственные переживания. Мое сердце забилось чаще.
– Прекрати, пожалуйста, – твердо произнесла я.
Как только эти слова слетели с моих губ, Чансок прижал к ним свои, осторожные и горячие. Мое тело качнулось, я стала легкой, словно пушинка. Все вокруг внезапно погрузилось в густую тьму. Листья сахарного тростника шелестели на ветру, время от времени переворачивались. Мы неподвижно стояли во мраке.
Звук ветра внезапно, казалось, стал громче, а затем так же внезапно стих. Все звуки исчезли, все вокруг затопила тишина. Казалось, что живы на свете только мы двое. Это ощущалось как радость и смертельный ужас одновременно. Я закрыла глаза. Тогда Чансок оторвался от моих губ и проговорил:
– Я долго думал об этом. Я хочу еще раз испытать свою судьбу. У нас есть право сделать выбор заново. Я так думаю. Это было неправильно с самого начала. Жить, скрывая друг от друга наши истинные желания, – это лицемерие и обман. Я не знаю, зачем это было нужно. Такое ощущение, что мы все четверо разыгрываем пьесу. Я собираюсь уехать в Сан-Франциско. С тобой. Мы можем быть счастливы там. Просто поедем вместе! Я прибыл сюда в соломенных сандалиях, а теперь у меня даже автомобиль есть. Думаю, я выплатил все долги и достиг всего, чего хотел достичь как мужчина на этом свете.
Прежде чем Чансок успел закончить, я закрыла уши. Слова, которые я никогда не произносила вслух, слова, которые повторялись в моей голове снова и снова. Он говорил их сейчас вместо меня. Я мечтала об этом – но и только.
Я покачала головой.
