Поморщившись, я массирую переносицу. Рассталась с парнем перед днем рождения? Что же, мне очень жаль. Но с Ириной мы никогда не были близки, и к тому же я сейчас не в том состоянии, чтобы внимать жалобам на судьбу и тем более — утешать.
— Мне дочку из садика нужно забирать, — поясняю я и несколько раз щелкаю пальцами по клавиатуре, чтобы продемонстрировать необходимость вернуться к работе.
Варвара, к счастью, больше не настаивает. Все-таки она кадровик, и отлично владеет языком тела.
— Если передумаешь — напишешь. В восемь мы в «Арно» встречаемся.
После ее ухода я еще минуты две таращусь в развернутую на мониторе программу, а потом и вовсе гашу экран. На телефоне светятся два неотвеченных вызова и оба — по работе. На месте начальницы я бы давно меня уволила.
Сейчас я напоминаю себе стиральную машину, работающую в режиме отжима. В груди что-то крутит, сжимает, стучит, тянет. Ну вот за что мне все это? Прежняя жизнь меня полностью устраивала, и я не просила ничего в ней менять. Мне нравилось полностью ее контролировать, а не сидеть на пороховой бочке из чувств, готовой взорваться в любое время.
— Может быть в кино сегодня пойдем? — предлагаю я, пока пристегиваю Полю в детском кресле. — Там вроде бы мультфильм какой-то идет.
Ожидаемого победного вопля не раздается, и вместо него дочь без энтузиазма изрекает:
— Давай попозже, мам. Сегодня папа должен мне звонить.
Весь путь до дома меня преследует чувство глубокой ненужности. Роберт лишил меня не только внутренней гармонии и рабочего настроя, но и отобрал самое ценное — внимание дочери. И чем больше времени проходит со момента нашего возвращения, тем все сильнее становится уверенность, что как раньше уже ничего не будет. Полину не устраиваю я одна как родитель. Теперь ей нужен он — отец, влюбляющий в себя всех без исключения.
Дома дочка сразу уходит в свою комнату, предварительно отказавшись от совместной готовки. Уже второй день она занята созданием подарка для своих новых дедушки с бабушкой, и на вопрос о необходимости такой спешки отвечает, что Роберт может приехать в любой день и она нужно быть готовой. Я пока не нахожу в себе силы сообщить, что ее ожидание может затянуться на месяцы.
Поужинав в одиночестве разогретыми макаронами, я перемещаюсь в гостиную и включаю первый попавшийся сериал. Честно пытаюсь вникнуть в суть происходящего, но то и дело отвлекаюсь то на запертую дверь детской, то на молчащий телефон. Меня Роберт о своем звонке не предупреждал, значит наберет напрямую Полине. Последний раз я слышала его сразу по прилете в Иркутск. Он спросил, как мы добрались и сообщить, когда будем дома. На этом наше общение прекратилось. Контакт с дочерью налажен — зачем теперь нужна я, правда?
— Поль! — выкрикиваю я, переключая канал. — Тут кино про твоих любимых лошадок показывают. Придешь?
— Я занята, мам, — отзывается она секунд через десять. — Сказала же, что рисую.
Глядя на сияющие бока вороной кобылы, скачущей по залитому солнцем полю, я вдруг ощущаю нестерпимую резь в носу. На ощупь нахожу пульт от телевизора и тычком стираю эту жизнеутверждающую картину с экрана. Хватит. Иначе сейчас точно разревусь.
Посидев в тишине несколько секунд, беру себя в руки и набираю маме. После приезда мы с ней не успели увидеться, так что она скорее всего будет рада провести время с внучкой. Сейчас половина восьмого, и если не мыть голову и не поправлять макияж, я успею присоединиться к празднованию Ириного дня рождения.
53
Выезжать из дома так поздно, да еще при полном параде немного непривычно. С подругами я обычно встречаюсь днем на часок, а дальше бегу по своим делам. С другой стороны, что такого? Разнообразие тоже необходимо. Альтернатива провести вечер в баре, полным незнакомых людей, выглядит намного привлекательнее, чем в одиночестве лить слезы перед телеком.
С моим появлением скорбное лицо именинницы заметно светлеет. Словно именно на меня она возложила ответственность за увеселительную программу этого вечера. Что ж, Ирину ждет сюрприз. Тамада из меня еще хуже, чем кухарка, так что вероятнее всего концу празднования мы будем в обнимку рыдать от тоски.
— Здорово, что ты пришла. — Придвинув ко мне блюдце с оливками, она печально вздыхает. — Такой день рождения конечно и врагу не пожелаешь. Никогда бы не подумала, что со мной такое случится…
Понимающе хмыкнув, я сосредоточиваюсь на меню. Это как раз то, чего я боялась: что весь вечер придется слушать о том, как жестко с ней обошлась судьба. Я и в лучшие дни чужого нытья на дух не переношу, а в нынешнем состоянии и подавно.
— Ириш, вот увидишь, и месяца не пройдет, ты себе кого-нибудь найдешь, — успокаивает ее Варвара. — Просто это был не твой человек.
— Не знаю, смогу ли я так быстро… Он мне очень больно сделал.
— А куда тебе спешить? — не удержавшись, уточняю я из-за страниц меню. — Сколько вы были вместе? Пару лет?
— Два с половиной года, — грустно роняет Ира.
— Ну так дай себе время отдохнуть. Что плохого в одиночестве? Кто вообще сказал, что женщина непременно должна состоять в отношениях? Почему все так боятся свободы?
