Девушка испуганно на него посмотрела и кинулась вниз по лестнице, дробно стуча каблучками.
Мужчина закрыл дверь и услышал за спиной смех.
— Семеро детей? — Вилд расхохотался еще сильнее. — А почему семь, а не двенадцать? — заливаясь смехом, с трудом проговорил он. — Верный муж, да?
— Я буду верным мужем, можешь не сомневаться, — серьезно проговорил Аден и потопал на кухню. Надо выпить кофе.
Вилд остался на месте. Почему Аден это сказал? Для чего? Он решительно двинулся вслед за мужчиной.
— Аден, зачем ты это сказал?
— Чтобы ты знал.
— Для чего?
— Для чего… Ты уже, наверное, понял, малыш, что я люблю тебя и мне бы очень хотелось, чтобы мы жили вместе.
— Моя невеста тоже говорила, что любит меня! — выкрикнул парень.
— Я не твоя невеста, мне от тебя ничего не нужно, только твоя любовь!
— А если я тебя не полюблю, ты выгонишь меня с работы?
— Скажи-ка мне, малыш, вот что: ты работаешь у меня уже два года, ты от меня хоть одно недоброе слово услышал? Я приставал к тебе? Намекал на постель? — Аден вопросительно уставился на него.
— Нет, …ты хочешь сказать, что любишь меня уже два года? — поразился Вилд.
— Да. И если я ни разу за два года не сделал ничего подобного, то почему ты считаешь, что я стану делать это сейчас? Я не собираюсь неволить тебя. Не любишь, значит, не любишь, ты ведь не виноват. Мы так же спокойно будем работать и дальше. И пусть тебя не беспокоят мои чувства.
— Но они меня беспокоят! — взволнованно вскричал парень. — Я странно чувствую себя рядом с тобой! Я не знаю, как это объяснить!
— А что ты чувствуешь? — вкрадчиво спросил Аден.
— Волнение… мне нравится, когда ты меня обнимаешь…
— А когда целую? — мужчина придвинулся к Вилду вплотную и осторожно обнял за талию.
— Очень, — прошептал парень и покрылся румянцем, — но ведь это не правильно, я не должен этого чувствовать. Я же должен еще любить свою бывшую невесту: не могла же моя любовь так быстро пройти?
— А ты думаешь, это была любовь? Может, тебе просто хотелось заботиться о ком-то, чтобы просто избавиться от одиночества? Ведь если бы ты любил ее как положено, сильно и страстно, вряд ли бы она сумела избежать твоей постели. Разве нет?
А ведь скорее всего так и есть. Ему действительно хотелось просто заботиться о ней, мысль затащить ее в постель ни разу не пришла ему в голову за все четыре месяца. Зато об Адене рядом с собой он думает постоянно, и ему хочется, чтобы мужчина снова ласкал его. Вспомнив ночь, когда они занимались любовью, смущенно покраснел: в каком же восторге он тогда был. Вилд поднял затуманенные глаза, и Аден, не сумев себя сдержать, принялся его целовать. Нежно, страстно. И парень понял очень важную для себя вещь: он уже готов полюбить этого мужчину, и будь что будет…
========== Часть 2-7 ==========
Вэйд Стейнер стоял в окружении своих поклонниц и друзей. Прелестный юноша с ангельским обликом и дьявольским самомнением. Избалованный родителями, он считал, что земля и все вокруг вертится исключительно для него. В честь его шестнадцатилетия отец закатил грандиозную вечеринку, на которую были приглашены именитые горожане и дети сотрудников.
— А это кто? Симпатичный такой, — сказала Сьюзен, не блещущая умом особа, но считающаяся завидной невестой. Еще бы, единственная наследница миллионного состояния любящего папаши.
— Где? — недовольно спросил Вэйд, он терпеть не мог, если обращали внимание на кого-то, а не исключительно на его блистательную персону.
— Вон в углу! — указала пальчиком девушка на стоящего там черноволосого парня.
— А… это. Это сын секретутки моего отца, такая же подстилка, как и она.
Компания дружно рассмеялась. Они считали, что имеют полное право насмехаться над тем, кто ниже их по положению; баловни судьбы даже не задумывались о том, что оскорбляют чьи-то чувства, да им собственно было на это наплевать.
Брэм Эрингтон гневно сжал кулаки. Ему страшно хотелось подойти и стереть эту гнусную ухмылку с самодовольного лица Вэйда и вбить кулаком каждое его гадкое слово ему в глотку, но он не мог себе этого позволить. Студент первого курса, он получал стипендию и еще подрабатывал, но денег всегда катастрофически не хватало, и, если мать потеряет работу, им придется очень туго. И неизвестно, как отреагирует отец этого маленького мерзавца, если он его поколотит, скорее всего просто выкинет мать с работы, не разбираясь, кто прав; его милое дитя по определению не может быть виноватым. И Брэму оставалось лишь, сжав зубы, слушать, как изощряются на его счет балованые детки.
— Привет я, Винсент Моранд, — заслонив широкими плечами злых деток, перед ним встал парень. — А тебя как зовут? — он доброжелательно улыбнулся.
— Я Брэм Эрингтон.
— Ты имеешь какое-нибудь отношение к Джеймсу Эрингтону, владельцу сети гостиниц? — поинтересовался Винс.
— Нет, я даже не знаю, кто это.
— Ну, и ладно. Повара уже наготовили мяса и рыбы на гриле, пойдем, перекусим?
— Пойдем.
