Она млела и таяла в моих руках. И когда увидела меня в первый раз, в её глазах расцвёл такой почти детский восторг, что желание целовать её обветренные, искусанные губы стало практически невыносимым. Я видел отпечаток зубов на нижней губе. И крохотную каплю запёкшейся крови. Мне захотелось укусить их тоже.
Это хорошо, что девочка не могла считывать
Любые принципы и любые попытки играть в благородство рушатся, как карточный домик. Когда соблазн так велик. И когда у тебя есть всего один день.
Но я всё ещё держусь.
Я держусь, Фери! Колоссальным напряжением всех сил.
Чтобы не напугать, чтобы не сломать. Чтобы ты продолжила так же доверчиво прижиматься всем телом и обнимать. И пусть виновато заклятие. Я-то знаю, что тебе нравится всё происходящее с нами не меньше, чем мне.
Просто ты ещё не представляешь, как глубока бывает бездна. И сколько наслаждения может быть на дне.
Боги, как же хочется тебе это показать!
Но сильней, чем тело, мне нужно твоё доверие.
А ситуация чертовски осложняется тем, что это хрупкое и почти невесомое создание, которое мне страшно даже обнять так, как мне хочется, на целый день в моей полной власти. Заклятие подчинения заставит её выполнить любое моё желание. Любое. Что бы я ни попросил.
И что-то в запахе её тела мне подсказывает, что я сумел бы сделать так, чтобы она не пожалела. Даже о самых безумных моих приказах.
Но… мои чёртовы принципы всё ещё при мне. И я держусь. Не знаю, надолго ли меня хватит. Но начало положено, и я не хочу терять то, что уже получил.
Она напрягается, когда мои руки выходят из-под контроля и я почти перехожу грань допустимого.
Поэтому мне слишком хорошо понятно, что эта девочка не из тех, что следует минутным порывам телесных желаний. Она не простит мне, если я воспользуюсь её уязвимостью сейчас. Я чувствую в ней стержень. Я чувствую в ней жёсткие принципы, не менее жёсткие, чем мои. И это будоражит и распаляет сильнее всего.
Но, конечно, сильней всего сводит с ума её немота. Этот побочный эффект от заклятия подчинения. Никогда не слышал даже, чтобы побочка проявлялась подобным образом! Иногда это бывала головная боль или повышение температуры тела. У одной случилось лёгкое заикание.
И только с этой малышкой моё заклятие подчинение проникло так глубоко под кожу, что тело не просто было согласно подчиняться.
Оно полностью прекратило подчиняться собственной хозяйке. Переходя в мою полную власть.
Если у меня были хоть малейшие сомнения в том, что эта девочка – идеальна для меня во всех девяноста девяти процентах, кроме того единственного, который был критически значим… всё расставила на свои места сонастройка.
***
Погружаюсь в её душу жадно, всем существом, рвусь к ней, как одержимый.
Мне нужны все секреты, мне нужны все воспоминания до малейшей детали, я хочу её скорее увидеть там – настоящую, живую, без сковывающих по рукам и ногам магических пут. Я с ума схожу, как хочу услышать её голос.
Но у меня слишком, невыносимо мало времени. Чтобы пересматривать всю её жизнь день за днём.
Поэтому я сразу же и с порога пытаюсь найти что-то особенное. Что-то такое, что лучше всего бы отразило мне ту суть, которая определяет её как человека.
Но сначала, на самом берегу её души, на краю сегодняшнего дня, моё внимание цепляет одно недавнее воспоминание.
***
Жестокое солнце Саара готовится лить пламя с раскалённых небес, копит силы. Уже сейчас, в предрассветные минуты, мне, Водному дракону, почти невыносимо. Вдыхать сухой жгучий воздух после наполненного морем дыхания Эридана… это пытка.
Те, кто живут в здешнем мире, наверняка привыкли. Для меня каждый раз – как нырнуть в жерло вулкана.
Но то, что я вижу, заставляет забыть об этом.
На моих губах против воли появляется улыбка.
Сейчас, перед рассветом, она медленно идёт, подняв голову к небу. То и дело натыкается на прохожих. Кусает губы, сама не замечая. Вот откуда на них следы.
Ты ведь меня ждала, моя девочка? Меня искала в светлеющих небесах?
Мне даже не нужно слышать твой ответ, ты не ответишь ничего, ведь это лишь твоё прошлое, которое уже свершилось. Я и так его знаю, наш с тобой один на двоих ответ.
Предощущение грядущего расставания уже нависло над моей душой мрачной тенью. Но я стараюсь пока об этом не думать.
Пока в груди разрастается что-то слишком сильное и жгучее, горячей, чем самое горячее драконье пламя. Когда я вижу, как моя девочка бредёт, будто во сне, туда, где нам суждено было встретиться с ней.
И я заворожён хрупкой грацией её движений.
Да… я сделаю всё, чтобы наша следующая встреча произошла безо всяких заклятий. Такой изысканный танец тела я хочу наблюдать без преград и незримых цепей на её теле, как сейчас. Это… упоительно.
Она сама не понимает своей красоты. Но прохожие мужчины сворачивают головы ей вслед.
И хорошо, что это всего лишь воспоминание. Потому что чувствую яростное желание свернуть им головы по-настоящему.
