— И как всё прошло? Он прилюдно разрыдался от горя или широко улыбнулся, а после сразу сбежал, сославшись на дела? Ты вообще замечала, что у него в девяноста процентах случаев работа всегда стояла на первом месте, и он ей постоянно прикрывался?
— Нет, Сонь, ничего такого не было. Он явно расстроился и даже слегка меня испугал всплеском эмоций. Но потом мы поговорили и решили остаться друзьями.
— В друзей я, прости, совсем не верю, а вот то, что расстались — прекрасная новость, — не сдерживает эмоций Гроссо. — Я рада! Рада-рада! Ты только на меня не злись, но он тебе не подходил. Совершенно. И это расставание было закономерным.
— Знаю, но попытаться-то стоило, — поддерживаю веселье подруги, нисколько не обижаясь на правду.
Чего уж. Она абсолютно права.
— Стоило, если он хоть временно делал тебя счастливой. Но Бог с ним. Лучше скажи, а что Цикал?
Ошарашивает, неожиданно переключившись.
— А что Цикал? — отвечаю вопросом на вопрос.
Потому что упоминание Давида вот в этой теме разговора как-то настораживает.
— Ну-у-у, — тянет еще одна лиса в моем окружении. Мало мне хитрой дочери, так еще и любимая подруга, кажется, в свахи решила податься. — Он холостой, ты теперь тоже девочка свободная. А еще, — переходит Гроссо на загадочный шепот, — я видела, как он на тебя смотрел…
— Стоп, — обрываю шутницу. — Вот стоп. И всё. Эта тема табу.
Говорю уверенно.
Не только Соне, но и себе.
Не хочу больше обжигаться. С меня достаточно.
Ага, Котова, верно! Ты и с Зубковым сошлась, потому что он был тебе скорее параллелен, чем важен. Оттого и обидеть не мог, сердце разбить, заставить страдать.
Подает голос внутренняя язва.
А-ну, цыц! Умная нашлась!
Обрываю ее и вновь возвращаюсь к Соне:
— И кстати, дорогая, я тут порылась в интернете… — вспоминаю то, о чем давно хотела поговорить с обоими Гроссо, — по поводу крещения. И хочу тебе сказать, а ты уж озвучь Алексу, что по канонам церкви только муж и жена не могут крестить одного и того же ребенка. А мы с Давидом — чужие друг другу.
— Ой, Юльчик. Сегодня чужие, а завтра… А завтра будет новый день и… Вообще-то, Алекс никогда не ошибается, — заявляет хитрюга-подруга важно, а я так и представляю, как она задирает носик.
— Со-оня! — тяну, наблюдая, как Амина, весело хохоча, скатывается с горки, подскакивает и вновь бегом уносится вверх по лестнице, занимая очередь.
А на спине задорно дрыгается ярко-желтый медвежонок с бочонком меда — рюкзачок, подаренный Цикалом. С ним дочка не расстается теперь ни на минуту.
— Не Сонькай мне! — ворчит Гроссо по привычке, забавно фыркая. — Лучше расскажи, как вчера погуляли в кафешке на дне рождения?
— Хорошо погуляли. Амина осталась жутко довольной праздником и клоуном, в которого обрядилась аниматор. Ее подружка в полном восторге от подарков. Особенно от лака для ногтей. А Марина, мама Вари, радовалась, видя счастье в глазах дочери.
— Уверена, моя крестница вновь была предводителем движухи и руководила всеми детьми, а те за ней хвостом ходили и в рот заглядывали.
— Ты — ясновидящая? Твое описание очень походит на правду.
— Нет, просто я прекрасно знаю Амину. Она — чудо. И я ей очень горжусь.
Я тоже.
Этой дружелюбной, милой, доброй и забавной малышкой нельзя не умиляться.
И нельзя не замечать ее волевой характер, уверенность в себе и самодостаточность. Она, как солнышко, всех притягивает к себе и согревает улыбкой, добротой и открытостью.
— Так, хватит о нас. Лучше скажи, чемоданы уже упакованы? Алекс разгреб свою тысячу дел, чтобы уделить тебе и малышам всё своё внимание в отпуске? Няню в поездку подобрали? — перечисляю без пауз интересующие вопросы.
— Да. Да. И да, — смеется подружка. — И самое интересное, что Богдан и Надя совершенно счастливы, что мы отбываем. Им Амину подавай. Ждут не дождутся вашего приезда. Так что у меня к тебе тот же вопрос: ты сама-то упаковала чемоданы? Завтра я вас жду.
— Нет. Сегодня займусь. И нам в отличие от вас ехать всего полчаса, а не в другую страну. Так что, если что-то забудем, то всегда сможем приехать и взять. Мы же не будем сидеть дома безвылазно. Я уже кое-какую развлекательную программу для детей продумала.
— Классно, Юльчик! Ты — чудо! А с работой точно всё будет нормально? Девочки в салоне без тебя справятся?
— Справятся, не волнуйся. Телефоны еще никто не отменял. И вообще, начальник я или кто? Да и мне отпуск тоже положен.
— Мамочка, я готова, — Амина выходит из своей комнаты, обеими руками чуть ли не по полу волоча большущий пакет.
Кудряшка пыхтит, смешно сдувая со лба выбившийся локон, но помощи не просит. А на спине уже привычно дрягается ярко-желтый рюкзачок-медвежонок.
— Это что? — отвлекаюсь от собственных сумок, приподнимая бровь.
— Игрушки, — звучит коротко, но четко.
— Ясно, — отвечаю в том же духе, не скрывая улыбки.
Не вижу причин спорить. Как говорится, раз надо, так надо. Тем более, это вещи дочери, она собрала и несет их сама, да и едем мы на своей машине, а не на общественном транспорте, волоча все тяжести в руках.
— Еще что-то будешь забирать? — уточняю, проверив газ и воду, чтобы краны были перекрыты.
