– Нависшая над тобой угроза, – Дей легко раскусил мотивы младшего брата, – это магистресса Саркеннен. Она уже неделю пытает меня, в каком состоянии находится антидот, который – по твоим словам – «изготовить элементарно, ну, совсем ничего не стоит, вот буквально пять секундочек».
Красс привычным жестом взлохматил волосы.
– Ой, ну, преувеличил чуток, – беспечно откликнулся он. – Это просто фигура речи такая. И вообще, она зря так переживает. Мы с Лиити легко договоримся.
Я только скептически хмыкнула. Младшая Саркеннен не отличалась покладистым характером и с завидным постоянством посылала Красстена куда подальше со всеми его «попытками договориться», со стороны больше похожими на нелепые и странные ухаживания. Красс, в свою очередь, был не менее упрям, чем Лиити, изобретая все новые и новые отговорки, чтобы не торопиться с созданием антидота. Мне казалось, что дочь магистрессы Хенриики и правда серьезно зацепила его, но… спешить с выводами не хотелось.
К тому же была в этом некая высшая справедливость. За все, что по милости Ноура-младшего пришлось пережить мне и Дею, Красс был просто обязан получить свою долю Благословения Рэйи.
– У тебя еще с прошлой попытки «договориться», – я сделала руками характерный жест, – синяки не сошли.
Красс невольно потер ушибленный бок. Кажется, в последний раз Лиити запустила в него его же охапкой роз – стеблями вперед.
– Душа моя, Дейм дурно на тебя влияет, – друг обиженно надул губы.
– Красстен… – угрожающе проговорил Дей.
– Вообще-то, – фыркнул Красс с легкой обидой в голосе, – я принес торт. Вот, – он водрузил на стол коробку побольше и жестом фокусника откинул крышку. – Помялся, правда, чуток, ну да это ничего. Главное, что он волшебный. Магический. Это мое величайшее, уникальнейшее, удивительнейшее, самое-самое-самое новейшее изобретение. Именно ради него я отложил изготовление антидота. Понимаете, вы для меня… – он обаятельно улыбнулся, – ну, вы моя семья. Вы мои самые близкие люди. Без вас я бы точно погиб … от руки магистрессы… и всяких других не очень-то ласковых ручек. И я… вот… обещаю, то, что вы испытаете, попробовав хотя бы самый-самый маленький кусочек, будет… просто неописуемо.
Мы с Деем скептически уставились на конусообразное ядрено-розовое покрытое шоколадной крошкой нечто. Искушать судьбу, отведав еще одно экспериментальное творение Красстена, да еще и столь… красочно описанное, категорически не хотелось. Достаточно и того, что предыдущее «величайшее достижение магической науки за последнюю сотню лет» по чистой случайности привело нас к счастливому концу, а не к несмываемо синим ушам.
В памяти всплыла история с несчастным крашеным котом, и ярко-розовый торт потерял еще десяток очков привлекательности.
Красс выжидающе посмотрел на нас большими, как у щенка, глазами – и вдруг заразительно расхохотался.
– Ой, видели бы вы свои лица! – друг согнулся пополам, схватившись за живот. И очень вовремя – взглядом Дея, казалось, можно было убить на месте. – Расслабьтесь, это просто шутка была, а тортик – остатки зачетной работы по алхимии за третий курс, не спрашивайте, зачем и что сказала эта прекраснейшая, самая лучшая из… женщин вместо «спасибо». Нет, даже вспоминать не буду. Вот… – он развязал ленты на коробке поменьше. – Вот вам нормальный торт из кондитерской, куда мы с тобой, душа моя, бегали заедать экзаменационный стресс. На этот раз никаких зелий от меня любимого, разве что попросил добавить вторую порцию сливок, как ты любишь.
Кусочек нежнейшего брусничного торта с тонким слоем прозрачной глазури, двумя шариками взбитых сливок и шоколадным сердцем с логотипом кондитерской – действительно, абсолютно такой же, как те десерты, что мы с аппетитом уплетали в трудное время летних сессий, – опустился передо мной. Он был всего один – для брата Красс отчего-то пожалел отдельного куска. Друг отступил на шаг, широко улыбаясь, и несколько раз кивнул мне, предлагая попробовать.
После выходки Красстена с самодельным тортом новый десерт вызывал вполне обоснованные опасения.
– Ну же, ну, ну, ну? – Красс нетерпеливо притопнул ногой. – Ну, Марри, ну, душа моя, попробуй. Это же твой самый любимый тортик.
Я подняла взгляд на Дея, молча спрашивая совета, но тот лишь пожал плечами и с сомнением покосился на подарок Красстена. Уверенности мне это не добавило. Под пристальными взглядами обоих Ноуров я нерешительно отломила ложечкой краешек десерта.
– Да не так, не так, – вмешался Красс. – В серединку ему, в серединку. Сильнее, сильнее, пожестче.
Он жестом изобразил, как именно. Радуясь, что от меня по неизвестной причине хотя бы не требуется ничего есть, я смело ткнула в центр глазированного кусочка. И вдруг почувствовала внутри что-то твердое, что-то, чего точно не должно было быть в нежном ягодном креме и тонком бисквите.
Раздался отчетливый стук металла о металл.
– Смелее, душа моя, – подбодрил меня сияющий Красс.
