Волчица обнажила в злобном оскале острые белые зубы, клацнула, словно предупреждая, что вцепится, если глава службы безопасности позволит себе лишнего. Но лэр невозмутимо продолжил движение – лишь строго глянул на бывшую подчиненную из-под кустистых бровей. В его синем взгляде мелькнуло что-то глубинное, звериное. Рука с короткими толстыми пальцами на мгновение показалась мне похожей на бурую медвежью лапу.
И Ульва отступила, признавая власть более крупного и свирепого хищника. Склонила серую голову, позволяя лэру Бьорну прикоснуться к себе. Пальцы безопасника взъерошили шерсть на загривке, рассматривая подпаленные проплешины, очертили контур длинного шрама, перечертившего широкий лоб. Волчица ощерилась, зашипела – похоже, порез все еще доставлял ей неудобства.
– Это лопаткой, – пояснила я в ответ на невысказанный вопрос главы службы безопасности. – Садовой. Я ее метнула, когда волки прорвались в теплицу.
Полуобернувшись ко мне, Деймер восхищенно присвистнул. Синие глаза сверкнули искорками смеха.
– Льера Ноур, а тебя, оказывается, лучше не злить, – шутливо-серьезным тоном проговорил он. – Я запомню. А то, знаешь, сковородкой все-таки бывает больно…
– Я кидаюсь лопатками только в тех, кто пытается меня съесть, – тихо в тон ему откликнулась я. – А ты, вроде как, за этим не замечен…
Дей нарочито-медленно скользнул языком по губам и очень выразительно посмотрел на меня – так, что пришлось прикусить изнутри губу, чтобы скрыть неуместную улыбку и не покраснеть. Волчица-Ульва, наблюдавшая за нами из-за спины лэра Берга, презрительно фыркнула.
– Дьесса Саами, – закончив осмотр, глава службы безопасности повернулся ко мне, – стало быть, вы подтверждаете, что это именно та волчица, что напала на вас вечером в минувшее воскресенье?
– Подтверждаю, – решительно сказала я. – Ожоги на шкуре от аммиачной селитры, а порез, как я сказала, от садовой лопатки. Она и стая духов-пииру напали на меня, когда магическая защита дома отключилась из-за взрыва.
Лэр Берг кивнул.
– По показаниям лэра Ноура-младшего, льера Яннсонн расспрашивала его о визите в особняк брата. Лэр Красстен упомянул, что его зелье по случайности устроило перегрузку в рунической защитной сети, и после этого обнаружил пропажу нескольких колб из запасов, привезенных к лэру Марксенну. Лэр Ноур был настолько любезен, что предоставил следствию полный перечень похищенного. На обрывках сумочки дьессы Саами, переданных в лабораторию лэром Ноуром-старшим, были найдены следы одного из украденных зелий. Также был тщательно изучен след волчьей метки на одежде дьессы Саами. Ожидаемо, она тоже принадлежит второй ипостаси льеры Яннсонн.
Глава службы безопасности перевел тяжелый взгляд на Ульву, успевшую вновь обратиться в человека, накинуть предложенную охранником свежую робу и вернуться на свое место, но льера промолчала, не пожелав ничего добавить к сказанному. Лэр склонился над свейландкой.
– Пожалуйста, не усугубляй, Ульва, – негромко проговорил лэр Берг. – Тебе лучше начать сотрудничать со следствием и во всем признаться. Да, мы не можем выдвинуть официального обвинения за организацию покушения на должностное лицо или доказать твою причастность к обвалам в горах. Но показаний дьессы Саами достаточно, чтобы засадить тебя за решетку за покушение на убийство. И, – он недобро сощурился, – очень, очень надолго.
Льера дернула плечом с нарочитым безразличием. Казалось, перспектива оказаться в тюрьме не слишком-то ее расстраивала.
– Это твой последний шанс, Ульва. Признайся прямо сейчас. Пока не стало слишком поздно…
Молчание.
Глава службы безопасности покачал головой. Что-то промелькнуло в его взгляде – то ли разочарование, то ли сожаление, но в следующее мгновение оно сменилось мрачной решимостью. Он выпрямился, отвернувшись от свейландки.
– Что ж, я сделал все, что мог, – продолжил лэр, обращаясь к нам с Деем. – Лэр Ноур, уведомляю вас, что служба безопасности уже подготовила комплект документов льеры Яннсонн для передачи в суд, однако кое-какие вскрывшиеся факты заставили нас изменить решение. К нам обратился официальный представитель свейландских кланов двуипостасных волков в Ньеланде и довел до сведения, что власти Свейланда требуют экстрадиции льеры Яннсонн. С учетом того, что ограниченная рабочая лицензия и вид на жительство в Хелльфасте, выданные льере Ульве пять лет назад, и так истекают через несколько недель, мы не видим причин отказать в запросе. Льера Яннсонн будет в скорейшем времени депортирована в Свейланд…
– Нет…
Я не сразу узнала ее голос – просто не могла даже представить, что гордая надменная свейландка способна на такой тонкий сиплый вскрик, полный безотчетного ужаса.
– Нет, нет, нет! – льера Ульва с силой ударила ладонью по трибуне, сминая дерево. – Я совершала преступления на территории Ньеланда, я виновата перед народом Ньеланда, и меня должны судить по его законам! И я готова… – она обернулась к главе службы безопасности. – Бьерн… послушай, Бьерн, я признаюсь во всем… сяду в тюрьму… Все, что ты хочешь… Только не… не позволяйте ему войти…
