Киплю внутри от ярости, но внешне остаюсь совершенно спокойно. Мне так кажется, по крайней мере, пока не встречаюсь взглядом с Левицким. Ему ничего не стоит раскусить мою игру на публику, и от этого становится еще обиднее.
Почему все мужики вокруг меня такие уроды?
Особенно богатые. Не понимаю. Как можно всерьез думать о замужестве с таким, как Левицкий или Лазарев. А Олег… Он таким стал после обретения больших денег. Права была мама, когда говорила, что столичный флер и миллионы на счетах испортят любого. И не зря отговаривала меня от поездки сюда.
«Ну что ты забыла в этой Москве, Маришка? Подумаешь, перспективы. Мы с папкой бизнес поднимем, все тебе достанется. И деньги будут, и перспективы, и мужика нормального здесь найдем, а не этого оболтуса-музыканта».
Ох, как я злилась на нее в тот момент. Кричала, орала до хрипа в связках, показательно собирала чемодан.
В итоге поехала за Олегом в Москву. Без нормального образования, зато с амбициями и любовью в сердце. Мне же казалось, что вот! Стану для него незаменимой помощницей, и он обязательно обратит на меня внимание.
Точно-точно. Надо только немного подождать, и у нас все наладится.
Я же отличница, краснодипломница, чуть не поступила в Сочинский университет на туризм. А потом пошла с подругами на концерт какой-то популярной местной группы, увидела там Олега и… бам!
Пропала.
Влюбилась до мушек в глазах и розового стекла в голове. Хвостиком за ними бегала, забросила все: родителей, мечты об образовании, карьере. Растворилась в больной привязанности к парню, которому до меня дела не было. А он только пользовался мной. Пока я бесплатно вела его фан-клуб и занималась активно рекламой вместе с Аней, его подругой.
Ух, как я тогда ревновала Олега к ней.
Дура безголовая. Аньке-то он даром не уперся, потому что возле нее всегда парни вились. Много. Кавалеры стройным рядом ходили за пышногрудой жгучей брюнеткой, а ей плевать на них было. Она либо продвижением Олега занималась, либо училась и работала.
В отличие от меня.
И какова благодарность? Думал он, блядь. Индюк тоже думал, а потом в суп попал. Петух.
— Марина?
Олег смотрит выжидающе, пока я отчаянно грызу губу и сдерживаю внутри нарастающее пламя. Почти весь их разговор с Левицким прошел мимо меня, как и данные в папке. Пришлось приложить усилие, чтобы пропищать в ответ:
— Олег Константинович, вы не против, если я изучу документы у себя?
Он кивает и взмахом руки отпускает меня из кабинета. Пулей вылетаю оттуда, чувствуя, как спину жжет от пристального черного взгляда. Левицкий, как черт из табакерки, даже сквозь стены и двери напоминает о своем присутствии.
Виски сжимает обруч, а в сердце болезненно колет. Вздыхаю и падаю в кресло, затем кошусь на злосчастную папку. Понимание, что моя злость бессмысленна, приходит постепенно. Под грохот пульса в ушах дохожу до мысли, что Олег в чем-то прав.
Я бы тоже подумала на личного помощника. У кого еще столько доступа и власти, как у меня? Он фактически рискует, выкладывая мне подозрения в лицо. Вдруг я действительно сливаю информацию.
— Благородный олень, — бурчу под нос и непроизвольно улыбаюсь. Обида постепенно отступает, и на душе рассветает солнце.
Все-таки Олег хороший. Очень. Добрый, понимающий, ответственный. Вон сколько сил прилагает, чтобы помочь отцу Елены Семеновны. А мог бы давно забить на компанию и заниматься только сферой IT.
— Давай, Марина, покажи, что ты не зря выбивала добавку к зарплате, — подгоняю сама себя и решительно распахиваю отчеты.
Беглый взгляд заставляет меня нахмуриться. Все сделано очень умело и качественно, так что ни один специалист без глубокого анализа не подкопается. Работал человек, который долгое время прокрутился в финансовой сфере.
Кто-то, через чьи руки прошли десятки подобных отчетов. Даже моих знаний здесь недостаточно, поэтому я отбрасываю сомнения и тянусь в сумку за смартфоном. Мне нужна Вера и ее алмазный взгляд на цифры.
Создаю закрытый чат для нас двоих, делаю скрины и посылаю туда. Коротко и обтекаемо обрисовываю ситуацию, чтобы подруга поняла. Она умная. Знает, что такая информация не для посторонних ушей.
«Похоже на капитализацию расходов. Проценты по заемам, привлеченным не для покупки основных средств, а для закрытия кассовых разрывов…» — прослушиваю аудио от Веры и делаю пометки на будущее, затем лезу в интернет.
Скрытие расходов в бухгалтерском учете, выполнение долгосрочных договоров, неправильная информация об активах и пассивах компании. Все это искажает конечную отчётность, что едва не привело нас к краху.
Благонадежность холдинга под угрозой, цена акций рухнула. Лазарев-старший хорошо сэкономил, когда отхватил себе кусок.
— Поставщиков и покупателей проверяли? Базу, я имею в виду, — говорит Вера в трубку, когда я, забравшись в знакомую коморку, набираю ее.
— Угу, там чисто.
