- Бедный Фрэнк, можно себе представить, как они ревут все время над его коттеджем! - вспомнила Лида о каком-то Фрэнке и, взрослым жестом взяв под руки обеих дам, мать и Заболотпую, направилась с ними по эстакаде вдоль океана. Наше мужское общество шло следом, с удовольствием прислушиваясь к Лидиному звонкому щебетанию. Вновь зашла речь о поездке к Мадонне, и нам с Заболотным интересно было узнать, какими окажутся в Лидиной интерпретации наши терновщановские истории, которыми мы делились с ней в пути.
Девочку, видимо, искренне занимал тот наш терновщанский палеолит, даже мелочи для нее имели значение.
- Лида всерьез гордится тем, что вы ее избрали маленькой богиней совести,-сказала Тамара, когда мы все вместе остановились на краю эстакады.
- Совесть, совесть - не слишком ли часто я слышу это слово на протяжении одного дня,- неожиданно вспыхнул Дударевич.
- Тебе это неприятно? - холодно усмехнулся Заболотный.
- А что вы хотите этим сказать? Для кого предназначены все эти ваши словеса? В эпоху, когда каждый поступок можно измерить "от и до", когда так называемые добро и зло можно взвесить и перевесить с микронной точностью, вы все толчете мне о каких-то полумистическцх выдумках, о том, что в былые времена, возможно, имело значение для пасторов да проповедников, Достоевских да Толстых, но сегодня? Что дают эти ваши абстракции человеку современному? От чего они его спасли, от чего предостерегли?
В словоупотреблении болтунов под псевдонимом совести порой скрывается, я считаю, пустой звук, нечто ничего не значащее, насквозь иллюзорное!
- Для меня нет,- нахмурился Заболотныи.
- Почему нет?
- За этим понятием для меня стоят всегда живые, конкретные люди. И я их видел: одних с совестью, других - без...
- Лесли "без", то почему? - неприятно блеснул своей маленькой улыбочкой Дударевич.- В генах не заложено?
- Вряд ли это генетическое. Скорее - благоприобретенное. То, что можно человеку привить. А можно и удалить...
- И тогда что же?
- А тогда что угодно! Тогда разгул цинизма. Культ вещей. Ничего святого. Приспособленчество ко всему, даже к самому худшему... Чинодральство. Карьеромания. Поиски протекций. Тогда "после меня - хоть потоп"! На почетном месте тогда вместо Мадонны ставлю набитый стойками холодильник... Вот так. И, если ты упал, я через тебя переступлю. Пойду дальше, и ни один нерв во мне не дрогнет! Закричишь - не услышу. Но обернусь. И все больше будет плюсов в анкете, и все меньше будет вокруг меня друзей и всего того, что для отцов наших считалось святым!..
Заболотная взяла мужа под руку.
- Успокойся, хватит тебо... Вечная это ваша тема, и тут никогда, пожалуй, согласия вам не достичь...
Ветер с океана заметно усиливается, треплет наши плащи, над головой внезапно с сатанинским грохотом прошел лайнер какой-то авиалинии, заблудился, что ли, совсем низко пропахал небо над нами.
- А, чтоб тебе пусто было! - закрыла уши от грохота Тамара.- Уже сейчас от реактивных в голове звенит, а что дальше будет? Куда несемся? Выпрямившись, она нервным движением повернула лицо в сторону океана.Ожидали жизни на Венере, искали разумных существ на Марсе, теперь нам говорят: где-то они дальше есть, в других галактиках... А может, это только иллюзии? Может, пора от них освободиться? Если бы дали мне возможность взобраться на некую высочайшую в мире трибуну, я бы уж сказала... Обратилась бы ко всем обитающим планеты: эй, вы! Подарена вам планета уникальная, дубликатов нет, так распорядитесь же ею достойным образом! А не умеете, передайте планету дельфинам, может, они наведут порядок? По крайней мере, себе подобных они не уничтожают!..
- Еще и тонущим купальщикам с удовольствием приходят на помощь,добавила Заболотпая.
Тамара как будто и не почувствовала поддержки.
- Богоравные или звероподобные - от вас зависит доказать это! обращала она свой огонь куда-то в пространство.- Превратить планету в смрадную клоаку или построить па ней рай земной - тоже зависит от вас, самоуверенных потомков Адама... А способны ли? Хватит ли духа подняться над распрями, над амбициями, стать выше своих пагубных страстей? Сможете ли укротить в собственных душах гаденышей эгоизма, разгул честолюбия? Колыбель ведь одна-едипственная, и как можно не видеть, что она столь же прекрасна, сколь и хрупка! Эти воды, небо и этот ветер - все для нас! Рожденные в таком богатстве, имеем возможность владеть, наслаждаться всем этим, чувствовать это все, ощущать радость жизни...
А мы? - она резко обернулась к нам и посмотрела с гневным укором, будто именно мы были виновны во всех бедах планеты, глаза ее возбужденно блестели, налитые слезами.
- Ты абсолютно права,- взял за руку жену Дударевич.
Он был смущен и несколько даже встревожен. Тамара разнервничалась на этот раз сильнее обычного, мы общими усилиями стали ее успокаивать, особенно Соне пришлось похлопотать, проявить немало такта и терпения, чтобы Тамара наконец взяла себя в руки. Смахнув слезу, она снова улыбнулась, хотя улыбка получилась вымученной, вроде виноватой.
- Не знаю, что это со мной...
