- Во всяком случае, не скучала без вас... Верно я говорю? - И она с подчеркнутым вниманием обернулась ко мне.- Дударевич мой по случаю вашего приезда специально читал в английском журнале вашу статью о синезоленых водорослях, он и меня просветил... Это ведь так важно, то, чем вы занимаетесь! Неужели сине-зеленые действительно способны расти с такой фантастической быстротой? Выходит, дай им волю, они заполонят собой все земные реки и моря? Даже весь этот океан способны превратить в вязкое вонючее болото!
- Не пугайте ребенка,- сказала Заболотная, когда мы тоже поднялись на эстакаду.- А наука зачем? Сколько умных людей ломают над этим головы... Вот и наш друг не один год ведет борьбу с этими сине-зелеными...
- Хотя борьба идет, кажется, с переменным успехом? - подкинул шпильку Заболотный.
- Можете острить, а если серьезно, то на науку вся надежда,- сказала Тамара Дударевич в раздумье,- А то ведь что делается... Тут смог, там когай, танкеры нефтью испоганили океан, скоро, пожалуй, и эти пляжи будут черными от мазута, всех чаек нефть передушит... Вы вот приехали на свой экологический конгресс,- снова зажигаясь, она обернулась ко мне,- со всего мира собрались светлые умы, чтобы защитить окружающую сроду, обсуждаете, предлагаете какие-то пути, а скажите нам правду:
шансы есть? Еще не поздно? Можно предотвратить беду?
Или вы этого и сами не знаете?
- Знает, но нс скажет,- в своем духе вставил Заболотный.
Лиде, видимо, хотелось чего-то более занимательного, и она, повиснув у матери на руке, заглянула ей в глаза.
- Мама, ты пойдешь с нами к дельфинам? Мы идем,- кивнула девочка в сторону Заболотных.
- О, ужо сговорились,- притворно обиделась мать,- Конечно же, идем все.
Вскоре мы оказались в дельфинариуме, у самой воды, где нас и разыскал Дударевич, вооруженный теперь вместо компьютера фотоаппаратом, которым решил сделать серню слайдов на темы: Лида с мамой, Лида с дельфином, Лида улыбается дельфину, а дельфин улыбается ей...
Потом Заболотный повел всех нас в павильон с напитками, где у него оказался за стойкой знакомый немец, добродушный толстяк, родом из Гамбурга, который предложил нам белопонные шипучие коктейли из свежего кокосового молока.
Чтобы убедить нашу компанию, что мы здесь имеем дело с продуктом натуральным, а не синтетическим, хозяин собственноручно принялся тут же раскалывать орехи, делая это точными, ловкими ударами специального топорика.
Не удовлетворившись кокосовым молоком, Тамара попросила мужа заказать для взрослых коктейли с шампанским, и разговор после этого заметно оживился. Дударевич взялся перечислять, какие существуют на свете способы приготовления коктейлей, их оказалось множество, даже Тамара приятно удивилась познаниям мужа: видите, он У меня все знает!..
- Прошу прощения, я вас должен на минутку оставить,- сказал спустя некоторое время Заболотный, и, когда он вышел, Соня объяснила, что у него и тут назначена какая-то деловая встреча.
Перехватив заботливо-ласковый взгляд, каким Заболотная проводила мужа, Тамара неожиданно спросила приятельницу:
- Соня, за что он вас так любит, этот ваш Заболотный?
Чем вы его пленили? - И, попыхивая сигаретой (она иногда курит), стала пристально, словно впервые, вглядываться в Заболотную, невольно вовлекая и нас в странные эти смотрины. Бледное, бескровное, с тонкими чертами лицо, вид и манера скромной сельской.учительницы... Над высоким лбом аккуратная прическа, волосы чуть подсинены, чтобы скрыть седину. Все в этой женщине обычно, на эффект не рассчитано, ео внешность могла бы казаться даже бесцветной, если бы не эти глаза, которые просто становятся пучками света, так и вспыхивают сиянием, когда после разлуки замечают устремленный навстречу веселый взгляд своего Заболотного.-Не делайте из этого секрета, Сопя, признайтесь: чем? - приставала Тамара.- Чтобы так вот, раз и навсегда?! Почему после стольких лет он и теперь от вас без ума?
Слегка смутившись, Заболотная улыбнулась краешком губ в ответ па эту дружескую бестактность, но не обиделась.
- А вы у него спросите,- ответила почти ласково своим чистым, серебристым голосом, который здешние друзья Заболотного часто называют певучим.- Спросите, я разрешаю.
- Во-первых, Соня его землячка,- вмешался Дударевич с пояснениями, полагая, очевидно, что именно ему следует внести ясность в этот деликатный вопрос,- а Заболотный к таким вещам чувствителен... Кроме того, Софья Ивановна красиво поет, особенно свои степные песни - в ней гибнет талант! А главное, в свое время она нашему асу после одного из его падении буквально жизнь спасла, понимаешь?
- Чересчур сильно сказано,- нахмурилась Заболотная.- Люди наши его спасли. А прежде всего дети...
- Героическая личность - это вы,- Дударевич не жалел лести.- Больше всех вы рисковали собой!
- Кто тогда не рисковал?.. Всем доставалось.
