Вот таким, облепленным пчелами, предстает он нам и сейчас, вырастая откуда-то из голубой дали прожитых лет над этим свистящим железным Дунаем. Вынырнул, всплыл, еще и улыбается нам из-под усов в своей живой пчелиной кольчуге!
VII
Роман-степняк уверяет, что и сад у него но так бы родил, если бы не пчела. Считает, что лишь благодаря си, только вместе с пчелой вырастил он здесь этот сад па раздолье. Иногда к Роману из самой Улиновки учителя приводят школьников на экскурсию, чтобы хозяин показал детям, как дерево прививается, как дикое становится недпкпм. В молодости, работая по экономиям, общался Роман по преимуществу с садовниками и пасечниками, главным образом около них вертелся да подглядывал, как говорит ревниво Мина Омелькович, выведывал их секреты, которые со временем сослужили Роману такую службу в его райском саду.
Какая это сила - сметливый ум да человеческая неуемность! Если у кого, сообразно с поговоркой, и на вербе груши растут,- так это у Романа! На одном дереве у него можно увидеть семью разных сортов, рядом умудряются там расти не только близкие, но и дальние родичи, па этой ветке висит яблоко снежно-белое, а на соседней золотистое, а то и вовсе краснощекое, смуглое, точно цыганка: вот оно переливается среди листвы, смеется навстречу солнцу да испытывает наше терпение. Все в этом саду окутано для нас тайной, начиная с самого хозяина с его так до конца и не разгаданной улыбкой. Таинственно все, что там дает завязь и родится, потому что постороннему в Романовы владения ногою не ступи, но потревожь ни сада, ни этих ульев, которые спозаранку уже полнятся мирным гудением,- пчелиное племя трудится, не ведая устали, придерживаясь изо дня в день своего лада и своих законов.
Когда в Ромаиовом саду начинает что-нибудь дозревать, когда что-то там, покрываясь румянцем, начинает заманчиво проблескивать, сквозь листву, тогда мы, ясное дело, ощущаем наибольшую жажду, к колодцу забредаем чаще обычного, просто неведомая сила притягивает к нему нашу пастушью ватагу. Своими тайнами, своей недозволенностью сад еще больше распаляет наше любопытство. Известно же, что запретный плод самый сладкий.
Хозяин из-под своих ржаных бровей видит пас насквозь! Вынырнув из глубины сада, дядя Винник направляется к колодцу, навстречу нам, сухощавый, высокий, в соломенном брыле, ноги босые и, как у бегуна, легкие. По тому, как идет, видно, что в неблизкие света жизнь человека водила, наблюдая за легкостью и стремительностью его походки, окончательно веришь, что парубком Роман этот вполне мог совершать знаменитые свои ночные перелеты,- псе ведь твердят, что, подобно кожану, летал он над нивами в самый Козельск, одолевая за ночь расстояния, которые, должно быть, одному влюбленному по силам. Потому что лишь на таком условии панский приказчик отпускал его: можешь бежать, но не раньше, чем вечерняя заря займется, а на заре утренней чтобы здесь уже был, на воловне!.. Приказчик собственным глазам не поверил, когда на рассвете Роман, вопреки всем допущениям, появился на воловне весь мокрый, но веселый после своего невероятного бега... "Туда и обратно, как на крыльях, еще и под вербой над озерком постояли..." Да из другого ч Дух бы вон, а Роман смеется...
Теперь он давно вдовец и больше но летает, ступает по земле, как обыкновенный себе человек, с подвернутыми до колен штанинами,- подвернул их еще с утра, чтобы не намочить в росе, копаясь в саду, ведь и роса у него росится тоже особенная, такая, что прибавляет человеку сил и красоты! Разве по Надьке не видно? Можно только гадать, где она росой умывается, потому что как ни тянет, однако никто из нас еще ни разу в сад не проник, властвует там один он, Роман-чародей, да изредка промелькнет с пучком травы и она, его кареглазая дочка, которая для сельских баб - грешница, а для нас - пречистая, кем-то обманутая Надька.
Колодец Романов для жаждущих всегда открыт. Прежде чем опустить бадью, мы, сбившись, смотрим вглубь, на темно мерцающую на дне воду... И вот уже бултыхнулось ведро, тянем его все, вода через край плещется прозрачно...
- Пейте, хлопцы, гасите жажду, воды не жалко,- говорит приветливо хозяин, пока мы пьем,- воду чем больше снимаешь, том она чище...
