— Позвоните, п-пожалуйста, позвоните! — Её голос звучит болезненно тихо и жалостливо. Наталья недовольно морщится. Она хорошо выпила и расслабилась и сейчас представив всю эту предстоящую суматоху со скорой и больницей, всю эту медленную бюрократию и миллион вопрос которые будут задавать ей как близкому человеку. Что беременная ела? Что пила? Что делала? Ей самой стало плохо. К горлу подкатила тошнота.
«Да, что она ноет?» — Подумала она раздраженно.
«Ну затошнило, ну плохо. У меня когда с Андреем ходила такое состояние ежедневно было и не ныла ещё и работала…»
Наталья осторожно приобняла Полину за плечи игнорируя её просьбы о больнице и начала ласково шепча ей на ухо успокаивать.
— Ну, что ты дорогая? Нет необходимости в скорой… Сейчас на кухню пойдём я тебе там чайку заварю с ромашкой и мятой успокоишься. В кроватку ляжешь на утро все пройдёт…
— Н-нет, Наталья Н-николаевна мне нехорошо…
Наталья сжимала плечи девушки, и снова игнорировала её очень слабые попытки вырваться.
— Брось, пташка моя. Всё хорошо с тобой… Все хорошо…
Свекровь напоила Полину горячим чаем с мятой, ромашкой и щедрой порцией клубничного варенья. И неожиданно девушку разморило, даже боль отступила на второй план. Сон окутал плотным коконом и не отпускал до самого утра. Сон был плохим. Всю оставшуюся ночь будущая мать промучилась от болей, потела и стонала как в бреду. А наконец-то очнувшись от кромешного ада поняла. Всё плохо. Очень-очень плохо.
Встала с кровати. Колени подрагивали и болели. Еле дошла до двери. Из последних сил дернула ручку. Вышла в коридор. Доковыляла до лестницы. Начала спускаться. Одной рукой нежно обхватила свой большой живот.
— Сейчас, сейчас, малыш. Все с нами хорошо будет… — Шептала едва слышно.
Бедное её сердце стучит как бешеное. Уши заложены от этого грохота. Ей страшно. Она боится, что её мальчик… Он…
«Нет-нет. Не думай, иди!» — Приказывает себе из последних сил.
Спуститься вниз по крутой винтовой лестнице непростая задача. Но ей нужно сделать это. Телефона в спальне не было, а ее мобильный так и остался у Натальи. Нужно было добраться до домашнего телефона и набрать 112.
Почти. Еще пара ступенек. Ноги предательски подкашиваются, но пальцы крепко впиваются в перила.
— Фея?
Парень влетает в дом и как вкопанный останавляется. Испуганный, взъерошенный весь помятый какой — то.
Смотрит на него красными и воспалёнными глазами и слабо улыбается.
— Ты… — Выдыхает и ноги совсем перестают держать.
— ПОЛИНА!
Падает словно мешок картошки. Сильный удар выбивает у неё весь оставшийся воздух из лёгких, но когда Герман подскакивает к ней то девушка все ещё остается в сознании.
— Господи… — Говорит он растерянно. — Что? Что случилось, сладкая? — Нервно ощущает.
— Всё хорошо. Я же обещала тебе… С нами все хорошо… Онв порядке. — Шепчет она уже в полном бреду. Мутные глаза горят, на синих губах улыбка. Изо рта тянется нить крови смешанная со слюной.
Герман кричит. Жутко и надрывно.
— ВЫЗОВИТЕ СКОРУЮ! СКОРЕЙ ВЫЗОВИТЕ!
Она находит его руку. Она у него горячая, согревающая, а вот её ладони напротив холодные, безжизненные… Сжимая его пальцы она не перестаёт твердить, что все в порядке.
Он бережно поднимает её на руки. Германа трясёт он, умирает со страху. Боится навредить, Фее ещё больше…
— Сейчас мы поедем в больницу… — Успокаивает парень стонущую подругу бережно вынося её из дома. — Ты только не отключайся, слышишь? Не отключайся, Поль…
***
Собранный Виктор Сергеевич, растерянная Наталья и потерянный Герман сидят в белом коридоре больницы. Напротив двери с надписью “Реанимация”. Герману кажется, что он не может дышать. Что он не живой уже. В голове лишь одна мысль:
«Боже не дай ей умереть…»
Полину привезли уже в очень тяжёлом состоянии. И прогнозы были неутешительными угроза жизни девушки и ребёнок жизнь которого была под вопросом. Потому, что сердце плода не билось в утробе матери…
Герман впервые в жизни молился. Всю свою жизнь он не верил в бога. С самого детства отрицал любое его существование, а сейчас умолял спасти женщину, которую любил. Одной единственной молитвой которую знал.
— Как она?! — Герман услышал громкий голос брата.
Голос, который был ему глубоко ненавистен.
Андрей в мятой рубашке и брюках, сонный буквально бежал к ним.
— В тяжёлом состоянии, сынок. Держись. — Виктор Сергеевич сочувственно посмотрел на старшего и положил свою широкую ладонь ему на плечо.
Герман не мог поверить своим ушам.
«Держись? Что бл*ть, отец?»
Злость поднялся в нем и переполнила его чашу до краёв. Это сейчас, Полине нужна была сила пережить все это. думал он. А не дебилу которому было насрать на беременную жену все это время!
Не контролируя себя Герман бросился на Андрея с кулаками.
— Тварь! Это из-за тебя она в таком состоянии! ЭТО ТЫ ЕЁ ДОВЁЛ! МРАЗЬ НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! — Закричал парень. Повалив мужчина на пол он наносил ему беспощадные удары.
— Герман!! Мальчики перестаньте! — Плакала Наталья.
Андрей, впрочем, не собирался молча терпеть побои и тоже бросился на брата. Завязалась шумная драка. Разъярённого Германа пришлось оттаскивать двум крупным санитарам.
