— Это очень сложный вопрос. Что касается признания моих научных достижений, и в нашей стране, и в мире, естественно, удовлетворен. Но моя страна находится в тяжелом положении. Для меня было, есть и остается самой большой трагедией в жизни развал Советского Союза. Я считаю, что это вообще самая большая трагедия ХХ века. Она уже оборачивается и обернется еще не раз огромными потерями для всего мира, в том числе, и для Соединенных Штатов Америки.
— А обратный процесс возможен?
— Он очень сложен. Но в принципе все возможно… А сейчас я иду на лекцию, на которой выступаю в непривычной для себя роли историка. Я решил сегодня рассказать нашим школьникам и студентам о Сталинградской битве, о том, что реально было во время второй мировой войны. Об этом сегодня очень много врут.
Алферов Жорес Иванович (1930–2019). Действительный член Российской Академии наук, вице-президент РАН, председатель президиума Санкт-Петербургского научного центра РАН. Депутат Государственной Думы Российской Федерации, член Комитета по образованию и науке. Лауреат Нобелевской премии 2000 года. Родился 15 марта 1930 года в Витебске. В 1952 году с отличием окончил Ленинградский электротехнический институт по специальности «электровакуумная техника». Работал в Физико-техническом институте имени А.Ф.Иоффе АН СССР. Крупнейший российский ученый, автор фундаментальных работ в области физики полупроводников. Основоположник нового направления в физике полупроводников и полупроводниковой электронике — полупроводниковые гетероструктуры и приборы на их основе.
Александр Флеминг. Загадки неряхи, победившего заразу
В его жизни угадывается некая тайна, хотя все биографические справки о нем словно бы списаны с одного официального источника.
Впрочем, в детстве первооткрывателя антибиотиков ничего необычного и не было. Он был седьмым из восьми детей шотландского фермера, умершего, когда Алеку было семь. Примечательна разве что уже тогда проявившаяся легендарная неаккуратность. Он тащил с улицы всякую всячину — засушенных насекомых и листья, камни и прочие «экспонаты» — и разбрасывал по всему дому. Но настоящие странности начались позже.
Рассказывают, что отец будущего ученого спас из трясины мальчика, отец которого, лорд, в благодарность оплатил обучение сына фермера. А позже этот сын в свою очередь спас открытым им пенициллином сына лорда, когда тот во время Второй мировой заболел в Тунисе. Лорд носил фамилию Черчилль, а сына его звали Уинстон.
«Я не спасал жизнь Уинстона Черчилля», — категорически заявлял позже Александр Флеминг.
В 1943 году Черчилль действительно опасно заболел, но лечили его сульфаниламидами. Однако этот препарат был открыт в немецкой лаборатории Байер, потому сочли непатриотичным говорить, что премьера спасло «вражеское» лекарство. Тем не менее, некоторыми биографами Флеминга этот миф до сих пор выдается за правду.
В 1901 году Александр поступил на медицинские курсы в больнице Святой Марии. Это сверхэлитная клиника, где лечатся миллиардеры и члены королевской семьи. Попасть туда на учебу, а потом проработать там всю жизнь для паренька из небогатой семьи безумно сложно. Так что, скорее всего, рассказ о том, как Александр решил пойти туда, поиграв в водное поло с тамошними студентами — очередная легенда.
Говорят еще, что на медицинскую стезю Александра увлек его брат-офтальмолог. Пусть так, но откуда все-таки взялись деньги на обучение?.. Биографы дают два варианта: или унаследовал 250 фунтов, или выиграл стипендию. Но с ней тоже не все ясно: пишут, что в 1906 году он выиграл еще и стипендию Лондонского университета. Пожалуй, многовато счастливых случайностей…
Не очень понятно и то, как Флеминг попал в бактериологию. Он начал учиться на хирурга и преуспел в этом, но позже пришел в лабораторию маститого бактериолога Алмрота Райта в Святой Марии. Там Флеминг станет профессором, а когда лаборатория сделается институтом, будет возглавлять его до конца жизни. При этом он все время брался за какие-то новые отрасли, например, придумывал оборудование для диагностики сифилиса.
Но целиком погруженным в науку «ботаном» Флеминг не был: с 1900 года активно занимался в группе по стрельбе. Изучали там и основы полевой хирургии, и патологоанатомию, так что, когда грянула Первая мировая, Александр был к ней готов. Он был капитаном медицинской службы во Франции, получил награду за отвагу. Но и на фронте не оставлял научных занятий. В булонском казино они с Райтом создали военную медицинскую лабораторию. Одним из важнейших их открытий было то, что антисептики, вопреки мнению большинства тогдашних хирургов, — отнюдь не панацея от инфекции в ранах.