То, что спрос рождает предложение, знают даже наши издатели. Вот только спрос на жанры для них остаётся тёмным лесом. Как грустно признавался несколько лет назад главный редактор издательства «Астрель-СПб» Александр Прокопович, он не знает, какой из поджанров фантастики будет востребован читателями завтра. Отгремело русское героическое фэнтези типа «Волкодава», скопированного с почтенного старца Конана-варвара. Не слышно и об иронических перепевах этого жанра, непревзойдённым мастером которых был красноярец Михаил Успенский. Улетели из поля интересов читателей гламурные вампиры, шурша чёрными крыльями. На их место пришли «попаданцы» — герои, попавшие в некий континуум, отличный от их обычной среды обитания. В основном в прошлое. И начинающие это самое прошлое активно изменять во имя нашего настоящего. Получился жанр «альтернативной истории».
Несколько лет назад главный редактор «Ленинградского издательства» Александр Сидорович признал, что одно из первых мест по читаемости в издаваемой им продукции занимают именно такие произведения. В этом жанре работают, например, Глеб Дойников, Александр Конторович, Дмитрий Хван. Появляются при Сталине, Николае II, Петре I, Иване Грозном «гости из будущего», вооружённые современной информацией, а то и техническими средствами, и переводят путь страны на рельсы, ведущие в счастливое завтра — наше сегодня. Причём в отличие от зарубежных фантастов, очень бережно относящихся к временным парадоксам, нашим по большей части, похоже, на них наплевать. Но это уже вопрос к авторскому чувству меры.
В последнее время «попаданцы» стали уступать место брутальным спецназовцам, киллерам, мастерам боевых искусств и прочим хомо супериус, которые в страшном мире, то поражённом атомной войной, то некоей пандемией, то нашествием мутантов, инопланетян, зомби и прочей нечисти, героически выживают, побивая сотни врагов и непрерывно мародёря оставшиеся от рухнувшей цивилизации блага. Типичным представителем этого жанра бвл Андрей Круз с его эпопеей «Эпоха мёртвых», которую продолжил сотрудник ОМОНа и талантливый писатель Борис Громов. Пока жанр этот ещё на плаву, но сколько ещё он будет привлекать внимание читателя — Бог весть.
И вообще, ныне главный тренд — не жанр, а способ исполнения. Например, последнее время не слишком продвинутая, но многочисленная часть фэндома «фанатеет» от так называемых ЛитРПГ — романов в мире компьютерных игр. Впрочем, этот промысел существует на нашем книжном рынке уже давненько — уже много лет назад вышел первый рассказ по игре С.Т.А.Л.К.Е.Р. Несмотря на то что идея вторичного мира игры и книг родилась из романа Стругацких «Пикник на обочине», к творчеству мэтров эта «стрелялка» имеет весьма отдалённое отношение. Правда, в 2011 году серия прервалась из-за отсутствия издателя. Но ей на смену пришли многие другие вроде «Играть, чтобы жить» Дмитрия Руса.
— Эти книги честно развлекают читателя, не претендуя на нечто большее, — отмечает критик Дмитрий Злотницкий.
Жанр ЛитРПГ тесно связан с другой популярной тенденцией сегодняшнего книжного рынка — межавторскими проектами. Упомянутая «Эпоха мёртвых» — один из самых скромных примеров. А первым был «Метро», начатый Дмитрием Глуховским, теперь же имя им легион. Сообщали, что знаменитые «Дозоры» Сергея Лукьяненко тоже перейдут в статус межавторского проекта… То есть получается что-то вроде бессмысленного движения на месте. Пока «пипл хавает…»
Но долго ли он будет «хавать»?.. В сети, на литературных порталах, да и просто в разговорах любителей фантастики всё больше нарастает раздражение существующим положением и желание читать нечто новое и оригинальное. И ведь оно пишется! В Сети на литературных порталах можно среди сотен графоманских опусов найти оригинальные, «вкусные» вещи. Есть и интересные авторы, публикующиеся на бумаге, но, к сожалению, не очень раскрученные, как, например, Дмитрий Володихин или Елена Чудинова. И таких немало. А может быть, где-нибудь в провинции на ноутбуке никому пока не известного молодого человека рождается новая книга «Мастер и Маргарита», и мы узнаем про это только через много лет.
Просто хочется надеяться на лучшее.
«Книги о „попаданцах“ — беда этой литературы»
Несколько лет назад в российской фантастике был период «миротворчества» — в том смысле, что самыми модными были книги, написанные в жанре фэнтези, действие которых происходило в вымышленных мирах. Авторы соревновались между собой в оригинальности своих миров, старались придумать как можно более удивительные страны с необычной природой и ещё более необычным укладом жизни. Но сейчас увлечение созданием вымышленных миров проходит. Авторам постепенно надоедает играть с несуществующими, изначально мёртвыми мирами, и они всё чаще обращаются к нашему живому миру. В том числе и к его прошлому — всё сильнее набирает популярность такой жанр, как историческая фантастика.