Это подчёркивается с самого начала — с описания похождений юных сталкеров в неизведанных тёмных коридорах, очень напоминающих магический лабиринт романа Урсулы Ле Гуин «Гробницы Атуана». Как и у этого классика интеллектуальной фантастики, герои Титовой блуждают не только вовне, но и внутри себя в поиске ответов на вечные вопросы: «Кто я, зачем я здесь, куда я уйду?»
А ведь можно вспомнить не только многочисленные литературные лабиринты или темницы на фантастических гравюрах Джованни Пиранези, но и грандиозные башни, в которых разыгрывается некая человеческая драма. Эти инфернальные строения, ведущие начало от представлений о Вавилонской башне, тоже популярны в современной фантастике. Только в данном случае башня опрокинута и утоплена в землю, наводя на мистические размышления о духовном устройстве мира…
И найденная главным героем романа, Рассветом, комната с загадочной надписью — не та ли комната «исполнения желаний» «Сталкера» Андрея Тарковского? Ведь она — своеобразный смысловой центр «Мира без стен», поскольку дает возможность обделенной части человечества выйти в конце концов на солнечный свет.
Но очевидна аллюзия и на литературный источник фильма, роман братьев Стругацких «Пикник на обочине». Она — в альтруизме положительных персонажей, в незримо витающей над всеми их поступками молитве Рэдрика Шухарта:
«Счастья всем даром, и пусть никто не уйдёт обиженным!»
А превосходная сцена, когда главный герой выходит в большой мир и впервые созерцает рассвет, обретая таким образом смысл своего имени, до тех пор бывшего лишь пустым звуком, снова заставляет вспомнить Ле Гуин, её роман «Волшебник Земноморья», главная тема которого — поиски человеком своего подлинного имени.
Как видим, «простой» роман Яны Титовой зиждется на очень непростом смысловом фундаменте. Даже сцена, в которой два друга Рассвета ради того, чтобы собрать денег на его лечение, пытаются ограбить богатую пожилую даму, есть не что иное, как комическая пародия на одну из самых мрачных сцен в мировой литературе — убийства старухи-процентщицы из «Преступления и наказания».
И странная пассивность большинства населения подземелий, которые за пятьсот лет не удосужились обнаружить выход наружу, тоже вполне объяснима, если вспомнить теорию этногенеза Льва Гумилёва — его рассуждения об угасании в этносе пассионарного импульса.
Конечно, книга имеет и слабые места — а какая их не имеет?.. Например, в подземном мире на удивление примитивны технологии, хотя его обитатели происходят из развитой цивилизации, обладают необходимыми источниками энергии и должны были сохранить немало практических знаний. Но при этом они не умеют добывать огонь, а сражаются ножами и железными палками…
Есть и не очень нужные длинноты, например, сцена, когда герои кидают жребий, кому идти в экспедицию.
Но в основном и композиция, и язык романа чётки и изящны, постулаты ясны и позитивны, герои живы и интересны, развитие сюжета динамично, а финал оптимистичен без приторного пафоса. Так что читать «Мир без стен» — одно удовольствие.
Путь под новые небеса
Сама автор романа «Мир без границ» Татьяна Минасян так раскрывает его суть:
«Как мог бы измениться наш мир, если бы с человечеством произошли две фантастические вещи? Первая строго научно-фантастическая: люди научились путешествовать в прошлое. Вторая куда менее научная: они стали использовать это открытие для добрых дел, что почти невозможно».
Идея приспособить такую малореальную вещь, как путешествия во времени, к практическим задачам человечества появилась в фантастике довольно поздно. С конца XIX века, когда были опубликованы первые романы на эту тему Сватоплука Чеха, Марка Твена и Герберта Уэллса, и до середины XXвека путешествия во времени — как мистические, так и «технологические» — были лишь литературным приёмом, способом писателя показать своё видение прошлого или настоящего. Просто «попаданец попадал», а социальные, политические, экономические и прочие последствия, которые возможность таких перемещений вызвала бы в человеческом обществе, оставлялись за рамками произведений.
Однако, чем дальше, тем больше писатели над такими последствиями и возможностями задумывались. Что привело наконец к созданию произведений, в которых технология временных перемещений сама по себе является историческим фактором. Скажем, в романе Айзека Азимова «Конец вечности» организация, контролирующая время, стала, фактически, государством, определяющим политику и экономику во всех исторических эпохах.