Девушка бродила по лесу,собирала травы вещие,были ивы ей подругами,а березоньки сестрицами.Взяв краюху хлеба из дому,с рук кормила волка серого,обнимала шею звереву,волк за нею часто следовал.Для людей она чужой была,нежеланная пришла на свет,знала языки звериные,птичьи, травьи и древесные.Танцевала под дождем босой,всё слагала песни тихие.Дождь ее невестой величал,одевал в парчу прозрачную,в русы косы жемчуга вплетал.Убегала ночью к реченьке,да с луной шепталась, странная.Повстречал ее заезжий юношана опушке леса шумного, старинного.И тогда любовь она изведала,до зари шепталась с черным соколом,ласковое сердце отдала ему.Но за то, что мать прогневала,обернулась ивой девушка,загляделась в речку быструю…Тайным чарам срок три года был.На исходе года третьеговоротился странник-юноша.Он срубить задумал ивушку,тайны колдовства не ведая.И когда топор свершил судьбу,ива снова стала девою,застонала, в травы падая…Чабрецом, полынью горькоюда березками оплакана.Плакал дождь, с небес сорвавшись вдруг.Выл печально желтоглазый волк.Только матушка не плакала.
1996
<p>Подражание Хайяму</p> Цветок не рви ты на лугу напрасно. Гляди, как он на воле среди трав доверчив и прекрасен. Но жадная рука его сорвет — он, не дожив, в небытие уйдет.
1996 или 1997
<p>Первая капля дождя</p> И сквозь молчанье облаков прощенья, весточки без слов земля, притихнув, ожидала… Прорвав тугую сеть веков, слеза Господняя упала.
1996–1997
<p>* Обними меня, дождь, *</p> Обними меня, дождь, защити меня, дождь! Одолела меня боль, обида и ложь. Огради меня, дождь, от людских горьких дел нерушимой стеной, серебром твоих стрел. Мы ведь крови одной, мы ведь песни одной. Огради меня, дождь, серебристой стеной.
около 1997
<p>* Я смешной полевой цветок, *</p> Я смешной полевой цветок, на полезной ниве сорняк. я на свет незваной пришла и несу вам такой пустяк — заревые цветы между строк, васильковые два крыла.
около 1998–1999
<p>СОЛДАТКА</p><p>(маленькая поэма)</p>
Памяти моей прабабушки Зинаиды
1 В теплой нашей памяти жива, смотрит с фото ласково и мудро Зинаида, Зиночка, голубка, добрая прабабушка моя.2 Проводила мужа на войну, и слезинка пряталась в ресницах. Может быть, предвидела: навек. Оставалось верить и молиться. А весна несла не голубень — бомбами изорванное небо. Даже плакать некогда тебе — четверо детишек просят хлеба.3 Повенчались — звезды закружились, всех была счастливей на земле! Но гнездо непрочно свили на краю военных страшных лет…4
