Творения полностью

11) Въ псалмахъ достойно еще удивленія и следующее: въ другихъ книгахъ, что говорятъ святые и о чемъ они говорятъ, то читающіе относятъ къ темъ именно, о комъ это написано, да и слушающіе отличаютъ себя отъ описываемыхъ лицъ, о которыхъ идетъ речь; и если удивляются и соревнуютъ повествуемымъ деяніямъ, то все это оканчивается подражаніемъ. Но кто беретъ въ руки книгу Псалмовъ, тотъ, если пророчества о Спасителе проходитъ и съ обычнымъ удивленіемъ и благоговеніемъ, какъ и въ другихъ писаніяхъ, то прочіе псалмы читаетъ уже, какъ собственныя свои слова; да и слушающій, какъ–будто самъ отъ себя произнося это, приходитъ въ умиленіе, и все реченія песнопеній делаются ему близкими, какбы действительно его собственныя. И не поленимся, по примеру блаженнаго Апостола Павла, возвратиться снова на прежнее, и для ясности повторить опять то–же. Много изреченій, которыя приписаны патріархамъ, и ими собственно были произнесены. И Моисей глаголалъ, а Богъ ответствовалъ ему; и Илія и Елиссей, пребывая на горе Кармильской, призывали Господа и говорили всегда: живъ Господь, Емуже предстою предъ Нимъ днесь (3 Цар. 17, 1; 4 Цар. 3, 14); и словеса другихъ святыхъ пророковъ преимущественно были о Спасителе, весьма же многія обращены къ язычникамъ и къ Израилю; однако–же изреченій, принадлежащихъ патріархамъ, никто никогда не употребитъ вместо своихъ собственныхъ, и не осмелится подражать Моисею и говорить собственными его словами, и чтó Авраамомъ сказано о домочадце, объ Измаиле и о великомъ Исааке, хотя бы постигла кого та–же потребность и нужда, никто не осмелится произносить это, какъ что–либо свое собственное. Если кто и состраждетъ страждущимъ и объятъ любовію Всесовершеннаго, не скажетъ однакоже, какъ Моисей: яви ми Тебе Самого (Исх. 33, 13), и еще: аще убо оставиши имъ грехъ ихъ, остави: аще же ни, изглади мя изъ книги Твоея, въ нюже вписалъ еси (Исх. 32, 32). И никто также пророческихъ изреченій не приметъ за собственныя и не станетъ порицать или хвалить теми же словами, какими порицали и хвалили пророки. Никто по подражанію не произнесетъ вместо собственнаго своего слова и сего: живъ Господь, Емуже предстою предъ Нимъ днесь. Ибо читающій книги убежденъ, что произноситъ не собственныя свои слова, но слова святыхъ и техъ, о комъ писаны книги. Но въ псалмахъ (удивительное дело!), кто читаетъ все прочее, кроме пророчествъ о Спасителе и объ язычникахъ, тотъ какбы произноситъ собственныя свои реченія, и каждый поетъ псалмы, какбы о немъ написанные, такъ принимаетъ и перечитываетъ ихъ, какбы не другой кто говорилъ, и не другого кого разумелъ, но остается въ той мысли, что это онъ говоритъ самъ о себе, и чтó сказано въ псалмахъ, то возноситъ Богу отъ собственнаго своего лица, какбы говоря о томъ, что сделано имъ самимъ. Ибо псаломскія слова, не какъ изреченія патріарховъ, и Моисея, и другихъ пророковъ, будетъ произносить небоязненно; потому что въ псалмахъ описываются и сохранившій заповедь и преступившій ее, а также и дела того и другого; и поелику всякій человекъ необходимо принадлежитъ къ тому или другому роду, то какъ сохранившій заповедь, или какъ преступившій ее, можетъ употреблять слова о каждомъ написанныя.

12) И мне кажется, что псалмы для поющаго ихъ служатъ какбы зеркаломъ; въ нихъ познаетъ онъ движенія души своей, и съ этою мыслію произноситъ ихъ. И слушающій читающаго принимаетъ псаломъ за песнопеніе о немъ самомъ, или обличаемый совестію съ сокрушеніемъ сердца приноситъ покаяніе, или, слыша объ упованіи на Бога и о таковой благодати, являемой верующимъ, радуется и начинаетъ благодарить Бога. И всякій, когда поетъ третій псаломъ, взирая на собственныя скорби, заключающіяся во псалме слова почитаетъ какбы своими; а когда поетъ одиннадцатый и шестнадцатый псаломъ, изрекаетъ какбы собственное свое упованіе и молитву. Также, когда поетъ пятидесятый псаломъ, какбы самъ отъ себя произноситъ покаянныя слова псалма сего; и когда поетъ псалмы пятьдесятъ третій, пятьдесятъ пятый, пятьдесятъ шестой и сто сорокъ первый, тогда делаетъ это съ такимъ расположеніемъ духа, какъ–будто не другой кто гонимъ, но самъ онъ страждетъ, и приходитъ въ такое состояніе духа и воспеваетъ слова сіи Богу, какъ действительно свои собственныя. И вообще, каждый псаломъ такъ сложенъ и изреченъ Духомъ, что, по сказанному прежде, въ псалмахъ познаемъ движенія души нашей, и все они какбы о насъ изречены, и суть какбы собственныя наши слова, служащія къ приведенію на память происходившихъ въ насъ движеній и къ исправленію собственнаго нашего житія. Ибо чтó изрекли псалмопевцы, то можетъ служить образцомъ и начертаніемъ для насъ.