22) Ибо что было оскорбительнаго, или чем из писаннаго нами справедливо могли вы оскорбиться? Тем ли, что приглашали мы прийти на Собор? Но это, скорее, надлежало принять с радостию. Уверенные в том, что ими сделано и о чем, как сами говорят, произнесен ими суд, не негодуют, если суд их подвергается изследованию других, а напротив того, не сомневаются в том, что никак не окажется несправедливым, о чем разсудили они справедливо. Посему и епископы, сошедшиеся на великом Никейском Соборе, не без Божия изволения согласились – разсуждения одного Собора подвергать изследованию на другом, чтобы и судящие, имея пред очами другой будущий суд, производили изследование со всею осторожностию, и судимые были уверены, что судят их не по вражде к ним прежних судей, но по справедливости. Если же не желаете, чтобы имел у вас силу такой древний обычай, упомянутый и записанный на великом Соборе, то подобный отказ неприличен. Что однажды принято в обычай Церковию и утверждено Соборами, нет основания нарушать немногим.
Но несправедливо было бы, кажется, оскорбляться и следующим. Присланные с письмом от вас, держащихся Евсевия, то есть пресвитер Макарий и диаконы Мартирий и Исихий, прибыв сюда, не могли противостать пришедшим Афанасьевым пресвитерам, но во всем были постыжены и обличены, почему тогда же просили нас созвать Собор, написать к епископу Афанасию в Александрию, написать также и к держащимся Евсевия, чтобы в присутствии всех мог быть произнесен справедливый суд. Тогда обещались они доказать все, что доносили на Афанасия, потому что Мартирий и Исихий всеми нами были обличаемы, и пресвитеры епископа Афанасия с уверенностию им противостояли; Мартирий же и бывшие с ним, если сказать правду, во всем были посрамлены и потому просили составить Собор. Если бы и без просьбы Мартириевой и Исихиевой о составлении Собора предложил я побезпокоить писавших ради братий наших, жалующихся, что потерпели они обиду, то и в таком случае приглашение было бы законно и справедливо, потому что согласно с церковными уставами и богоугодно. Когда же созвать Собор просили нас те, кого сами вы, держащиеся Евсевия, признали достойными доверия, тогда следовало вам не огорчаться тем, что позваны, а скорее – охотно идти. А из этого оказывается, что негодование оскорбившихся безразсудно и отказ не восхотевших прийти, неприличен и подозрителен. Жалуется ли кто, если, что сам делает и одобряет, то же самое видит и другими сделанным? Если, как пишете, каждый Собор имеет неколеблемую силу и судившему наносится безчестие, когда о суде его производится изследование другими, то смотрите, возлюбленные, кто безчестит собор и кто нарушает определения прежде судивших.
Не буду теперь подвергать изследованию всего по порядку, чтобы не показаться нападающим на иных; и того, что совершено в последнее время, и о чем не без ужаса иной слышит, достаточно к объяснению всего, о чем умалчиваю.
23) Ариане, за нечестие изверженные бывшим блаженной памяти Александрийским епископом Александром, не только отлучены от Церкви в каждом городе, но преданы анафеме всеми вместе сошедшимися на великий Собор Никейский, потому что проступок их не маловажен и согрешили они не против человека, но против Самого Господа нашего Иисуса Христа, Сына Бога Живаго. И однако ж эти отлученные от Церкви целою вселенною и преданные позору во всей Церкви ныне, как говорят, приемлются в общение. Об этом и вам слыша, думаю, справедливо было бы вознегодовать. Итак, кто же безчестит Собор? Не те ли, которые ни во что обратили определения трехсот отцов и злочестие предпочли благочестию? Арианская ересь всеми, повсюду сущими епископами осуждена и низложена, епископы же Афанасий и Маркелл имеют на своей стороне многих, которые говорят и пишут в их пользу. Маркелл засвидетельствовал нам о себе, потому что и на Никейском Соборе противился держащимся арианства. Засвидетельствовал также о себе и Афанасий; он и в Тире не был уличен, а в Мареоте, где составлены против него судебныя записи, говорят, не присутствовал; знаете же вы, возлюбленные, что одностороннее изследование дела не имеет силы, но бывает подозрительно. Впрочем, при всем этом для соблюдения точности ни вам, ни писавшим в их защиту, не делая предпочтения; приглашали мы вас, писавших, прийти, чтобы, так как в защиту их писали многие, все было изследовано на Соборе, и не был и невинный осужден, и виновный признан чистым. Следовательно, нанесено Собору безчестие не нами, но теми, которые приняли всеми осужденных ариан просто, не вникая в дело, против определения осудивших, из которых многие, разрешившись уже, пребывают со Христом (Фил. 1, 23), а некоторые и доныне еще испытуются в мире сем, негодуя, что иными нарушено их определение.
