34) Итак, после этих слухов, когда Церкви действительно то терпят от злоумышлений, что подтвердили извещающие нас об этом, – кем возжен пламень разномыслия? Нами ли, которые скорбим о подобных делах и состраждем страждущим братьям, или теми, которые произвели это? Дивлюсь, почему при таком великом неустройстве там в каждой у вас Церкви, по которому и явились сюда пришедшие, пишете вы, что в Церквах единомыслие. Но подобныя дела служат не к созиданию, а к разорению Церкви, и радующиеся им суть чада не мира, но нестроения. Бог же наш
Как облекшиеся
35) Дайте нам знать об этом, возлюбленные, чтобы мы могли написать и к ним, и к епископам, которые должны прийти снова, чтобы в присутствии всех обличены были виновные, и не было уже нестроения в Церквах. Ибо довольно и того, что доселе было, довольно того, что в в присутствии епископов изгоняемы были епископы, о чем не должно и распространяться много, чтобы не показалось это тяжким для бывших при этом деле. Ежели говорить правду, то не должно было доходить до этого и до такой степени простирать малодушие.
Пусть Афанасий и Маркелл, пишете вы, будут удалены со своих мест, что же сказать о других епископах и пресвитерах, пришедших сюда, как сказал уже я, из различных мест? И они также говорили о себе, что были изгнаны и потерпели то же. Суды церковные не по Евангелию уже производятся, возлюбленные, но домогаются заточений и смерти. Если и подлинно, как говорите, была в них какая вина, то по церковному правилу, а не так надлежало произвести суд; надобно было написать ко всем нам, чтобы таким образом всеми произнесено было справедливое решение. Ибо страдали епископы, страдали не малыя какия Церкви, но те, которыми апостолы лично правили. Почему же не писано было к нам, особенно о Церкви Александрийской? Или не знаете, что было это обыкновение – прежде писали к нам, и здесь уже решалось, кто прав. Итак, если падало какое подозрение на тамошняго епископа, – надобно было написать к здешней Церкви. Теперь же нам не сообщили ясных сведений, а сами сделали дело, как хотели, и наконец требуют, чтобы, не разобрав дела, подали мы один с ними голос. Не таковы Павловы постановления, не так предали Отцы, это – иной образ действования, это – новое предначертание.
Умоляю вас, перенесите это благодушно; что пишу, то служит к общей пользе. Ибо что приняли мы от блаженнаго апостола Петра, то и объявляю вам, и не стал бы писать в той мысли, что известно это всем, если бы не встревожило нас случившееся. Епископов похищают и удаляют, иные со стороны поставляются на их места, против иных злоумышляют, почему верующие о похищенных епископах плачут, а из-за присланных терпят принуждение, не имея воли требовать, кого желают, и не принять, кого не хотят. Прошу вас, чтобы не было этого больше, жалуйтесь лучше на тех, которые так поступают, чтобы Церкви не терпели ничего подобнаго, ни один епископ или пресвитер не подвергался оскорблению или не был принуждаем, как донесено нам, поступать против своего убеждения, иначе, будут смеяться над нами язычники, а паче всего прогневаем мы Бога, потому что каждый из нас в день суда даст отчет во всем, что делал здесь. О если бы все мудрствовали по Богу, чтобы и Церкви, прияв своих епископов, выну радовались о Христе Иисусе, Господе нашем! О Нем слава Отцу во веки веков! Аминь. Желаю вам, возлюбленные и вожделенные братия, возмогать о Господе.