В следующее мгновение Ригель ворвался в меня. Я подавила стон боли и почувствовала, как мои мышцы напряглись и загорелись под его бережным натиском. Я вдохнула, чувствуя, как по виску катится слеза. Ригель смотрел мне в глаза. Его расширенные зрачки не отрывались от моих, он хотел запечатлеть в душе все оттенки этого мгновения. Все оттенки меня. И я позволила ему это сделать. Позволила взять себе на память всю меня. Все, что могла ему дать. Наконецто мы соединились в одно целое, как два осколка одной души.
И впервые в жизни каждая частичка меня, казалось, нашла свое место — во мне не осталось ни трещин, ни сколов.
Одной рукой Ригель обхватил меня слева, словно пытался дотронуться до сердца, другую просунул под спину. «Я никуда не денусь от тебя», — хотела сказать я. Ригель прижался своим лбом к моему. Наверное, он тоже хотел мне что-то сказать, только без слов.
Мир замкнулся на нас двоих.
Я хотела сказать Ригелю, что, даже если внутри него хаос и катастрофа, чернила, которые он в меня влил, пригодятся для того, чтобы написать новую, нашу историю. И даже если он останется таким же непроницаемым, как ночь, и многогранным, как плеяда звезд, эту историю мы напишем вместе. Мы сможем ее сочинить. Вместе.
Слова, цвета и краски мы возьмем из наших сердец. Они наполнят ее тайными мелодиями и пульсирующими созвездиями. В истории отразятся сила волка и нежность бабочки. Мы пойдем рука в руке… До конца.
Глава 31
С ЗАКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ
В ту ночь мне не снились плохие сны: никаких подвалов, никаких ремней, никаких винтовых лестниц, уходящих в темноту. Во сне я чувствовала, что на меня кто-то смотрит. Только когда кошмары постучали в дверь моих мыслей, с моих губ сорвался стон. Но в следующее мгновение угроза исчезла. Что-то окутало меня, прогоняя страхи прочь, и я погрузилась в забытье, убаюканная успокаивающим теплом.
Я приоткрыла ресницы. Сколько времени? Темноватое небо за окном еще не утратило оттенков ночи. Наверное, до рассвета оставалось совсем немного.
Перевернувшись, я почувствовала легкую боль в тазу и в мышцах ног. Я пошевелила бедрами под одеялом и ощутила легкое жжение в промежности.
Ригель обхватил меня за талию, вот откуда эта приятная тяжесть. В полумраке угадывались очертания его сильных плеч. Другую руку Ригель засунул под подушку. Он дышал легко и размеренно. Длинные ресницы, изящные скулы, черные волосы, рассыпавшиеся по подушке, пухлые, немного потрескавшиеся, но все такие же красивые губы… Мне всегда нравилось смотреть, как он спит. В эти моменты он казался обаятельным и ранимым.
Я почувствовала, как мое сердце колотится в груди.
Неужели это произошло на самом деле?
Я поколебалась, затем осторожно дотронулась до его лица, чувствуя тепло под кончиками пальцев. Он действительно был здесь, рядом со мной. Это был не сон…
Счастье переполняло мое сердце. Я прикрыла глаза, вдыхая его аромат, затем скользнула под одеялом и прижалась к нему. Мягко коснулась его губ своими. В тишине раздался влажный звук медленного поцелуя.
Когда я оторвалась от губ Ригеля, то увидела, что его глаза открыты.
— Я тебя разбудила? — прошептала я, испугавшись, что повела себя довольно вероломно. Ригель не ответил и продолжал смотреть на меня. Я удобнее положила голову, наслаждаясь его взглядом.
— Как ты? — спросил он, скользнув взглядом по моему телу, укрытому одеялом.
— Хорошо. — Я искала его глаза, свернувшись калачиком, чувствуя, как от счастья загораются мои щеки. — Так хорошо, как никогда раньше не было.
Вдруг я подумала об Анне и Нормане. Наверное, мне следовало поскорее вернуться в свою комнату.
— Сколько сейчас времени? — спросила я, и Ригель, казалось, понял мои опасения.
— Они проснутся только через несколько часов.
В этом ответе я услышала призыв остаться еще ненадолго.
Хотелось лежать и смотреть ему в глаза, но было достаточно просто чувствовать его рядом с собой. По телу разлилась приятная истома, и спустя какое-то время, вместо того чтобы закрыть глаза, я прошептала:
— Мне всегда нравилось твое имя.
Я никогда не признавалась ему в этом, ни разу. И все же теперь я чувствовала, что моя душа крепко связана с Ригелем.
— Знаю, ты думаешь о нем не так, как я, — мягко добавила я, когда Ригель взглянул на меня. — Знаю, что` оно для тебя значит.
Теперь его взгляд стал внимательным, внутри черных радужек светилось что-то далекое, что я даже не пыталась уловить.
— Ты зря думаешь, что оно связывает тебя с Маргарет.
Интимность моих слов отразилась во взгляде Ригеля.
— И с чем же оно меня связывает? — хрипло и медленно спросил он, явно не надеясь на ответ.
— Ни с чем.
Ригель посмотрел на меня непонимающе.
— Ты звезда в небе, Ригель, а небо в цепи не заковать.
Кончиком пальца я провела воображаемые линии между родинками на плече и под ключицей: три звезды Пояса Ориона.
