Обстановка в комнате Мики контрастировала с роскошным интерьером дома: стол был завален книгами и нотами, на стенах висели плакаты рок-групп, вырезки из журналов и фотографии. На стуле в углу сидела огромная игрушечная панда.
– Твои родители – замечательные люди, – сказала я, – очень заботливые.
– Да, – ответила она, – иногда даже чересчур.
Раньше я думала, что родители Мики не уделяют ей должного внимания, теперь приятно узнать, что это не так.
– Ты готова? – Билли перевернула сумку, и из нее высыпалась целая куча блестящих коробочек и тюбиков, которые меня просто очаровали. – Давай, садись сюда! – приказала она, усаживая меня на стул. – А теперь закрой глаза!
– И немного этого…
Покалывание на щеках.
– И еще немного этого…
Мне впервые делали макияж; совершенно новое для меня ощущение. В Склепе макияж я видела только у посетительниц или у моделей в журналах, которые иногда оставляла в мусорной корзине кураторша. Мне, бледной большеглазой девочке, было интересно, что они делают, чтобы так сиять. Я стала бледной стеснительной девушкой и не осмеливалась попросить Анну купить мне что-нибудь из косметики.
– Ну вот! – торжествующе произнесла Билли. – Готово!
Я открыла глаза и посмотрела на свое отражение в зеркале.
– Вау! – выдохнула я, впечатленная результатом.
– Вау, да, по-другому не скажешь, – подхватила Билли.
Стоявшая у меня за спиной Мики смотрела на меня, раздув ноздри и нахмурившись.
– Черт возьми, ты кого из нее сделала?
– А что не так? – спросила Билли, наклонившись и внимательно посмотрев на меня.
Я еще раз взглянула на себя в зеркало: на веках разноцветные тени, на губах пламенная помада, немного выступившая за края, на щеках розовые кружочки, как круглые яблочки.
– Да, – подхватила я, – что не так?
Мы уставились на Мики, и она мученически закатила глаза.
– Я с вами чокнусь, – прорычала Мики, качая головой.
– Тебе не нравится, как я ее накрасила?
– С чего ты вообще решила, что умеешь делать макияж? Ты никогда в жизни в руках кисточку не держала! Дай сюда!
Она выхватила кисточку для теней из руки Билли, раздраженно бросила ее на стол, взяла несколько салфеток для снятия макияжа и энергично провела ими по моему лицу. Билли наблюдала за ее действиями, скрестив руки на груди.
– Ладно, если можешь сделать лучше, вперед! – наконец примирительно сказала она. – А я пока помогу Нике выбрать наряд!
Она подняла с пола мою сумку.
– Одежда здесь?
Я кивнула, и Билли расстегнула молнию и вытряхнула на кровать содержимое. Она осмотрела юбки и блузки с таким вниманием, что мне стало немного неловко.
– Эта кофточка милая… О, и эта тоже… – бормотала она, пока Мики проводила линии по моим векам чем-то влажным и холодным.
– Эта мне нравится… Нет, эта не пойдет… О боже! – вскрикнула Билли.
Я дернулась, и Мики выругалась.
– Вот это! Без вариантов! Ника, я нашла тебе наряд!
Билли победно подняла что-то, и в ту же секунду во мне будто бы сжалась какая-то пружина. Она держала небесно-голубое платье, которое мы купили с Анной.
– Нет, – услышала я собственный шепот, – это не надо.
Я не помнила, как положила его в сумку. Видимо, оно лежало в стопке сложенных вещей в шкафу, которую я и схватила не глядя.
– Но почему нет? – спросила Билли, округлив глаза от удивления.
Если честно, я не знала.
– Оно… для особых случаев.
– А вечеринка не такой случай?
Я начала теребить пластырь.
– Я же говорила… что иду, потому что меня попросил прийти Лайонел. Мне просто нужно с ним поговорить.
– Ну и что?
– Просто… я не собираюсь там веселиться.
– Ника, это вечеринка! – отрезала Билли. – Все там будут нарядно одеты. В этом платье ты будешь потрясающе выглядеть, просто сногсшибательно. Куда еще его надевать, если не на вечеринку?
– И все-таки оно слишком…
– Оно нормальное! – строгим голосом перебила меня Билли. Она искренне хотела, чтобы я была королевой вечеринки. – Все должны увидеть тебя в этом платье, Ника. Ты не будешь в нем выглядеть странно, не бойся. Конечно, ты можешь носить его, когда хочешь, но сегодня… сегодня как раз очень подходящий случай. Ты не пожалеешь, поверь мне. Ты мне доверяешь?
Билли улыбнулась, а затем расстелила платье на кровати. И я поняла, почему она так бурно со мной спорила: Билли хотела, чтобы в моей жизни случился интересный, уникальный, незабываемый вечер. Я никогда не была на вечеринке, никогда не носила такое платье, никогда не красилась, чтобы выглядеть эффектнее, и Билли наверняка это понимала. Она делала это ради меня, чтобы я почувствовала себя особенной.
Однако, посмотрев на великолепное платье, ожидающее меня на кровати, я опустила голову и подумала, что все как-то неправильно и ни к чему. Я знала, для кого хотела бы надеть это платье, но его не будет на вечеринке.
Мики снова приподняла мой подбородок, и, встретившись с ней взглядом, я быстро опустила глаза, чтобы она не заметила в них горечь.
– Смотрите, что я нашла!
Когда Билли успела залезть в шкаф и достать оттуда обувную коробку? Она показала мне светлые изящные босоножки с тонкими ремешками, которые завязывались на щиколотке. Очень милые.
– Это твои? – спросила я Мики.
Она поморщилась.
