Как же мастерски он переворачивал чужие фразы в свою пользу. Это правда, что я часто звала его на вечеринки, которые устраивали мои друзья, но, с другой стороны, я слишком хорошо знала Ригеля, чтобы понять: его внезапное появление у ресторана никак не связано с желанием познакомиться и пообщаться с новыми людьми.
Ригель остановил дверь рукой, потом наклонился и посмотрел на меня глубокими бархатными глазами.
– Разве ты не рада, что я здесь? – грудным голосом тихо спросил он, лишая меня воли к сопротивлению.
Я смотрела на него с пересохшим горлом, все еще чувствуя жар на щеках, потому что, по правде говоря, я была ужасно взволнована его приходом, больше, чем могла себе представить. Он смотрел мне в глаза, смотрел на мои губы… Я таяла, под его взглядом от меня ничего не оставалось.
– Обещаешь вести себя прилично? – спросила я ласково.
Ригель недоуменно приподнял бровь и посмотрел на меня взглядом хитрого волка, который любит прикидываться безобидным ягненком.
– Разве я когда-нибудь веду себя по-другому?
Я красноречиво посмотрела на него, но это длилось недолго, потому что Ригель снова толкнул дверь и подтолкнул меня вперед.
По лицу пробежало приятное тепло, когда мы наконец вошли в зал. Благодаря освещению здесь царила почти рождественская атмосфера, расслабляющая и приятная. За столиками и у барной стойки я заметила много молодых людей. Видимо, это место популярно у студентов.
Наши уже расселись на диванчиках вокруг круглого стола и призывно нам махали. Ригель остался в куртке, а я свою сняла и положила рядом на диванчик. Разгладила блузку на груди и стала с интересом осматриваться вокруг. Да, мы попали куда нужно: уютно, приятно и весело. Я поправила волосы и заметила, что Уилл смотрит на меня, точнее, на мою грудь под обтягивающей блузкой. Он тут же перевел взгляд на барную стойку.
Мы щебетали о том, как здесь здорово. Ригель, сидевший рядом, откинулся назад, оказавшись у меня за спиной, и я почувствовала, как его взгляд пробежал по длинному ряду пуговиц у меня на блузке, что не помешало мне продолжить увлеченно болтать с подружками.
Я пребывала в эйфории оттого, как все хорошо в моей жизни: Аделина скоро выйдет замуж, учеба идет успешно, у меня прекрасная семья… Сейчас я чувствовала себя настолько счастливой, что даже щеки разрумянились, я улыбалась.
Пока ребята что-то увлеченно обсуждали, Ригель наклонился ко мне и жарко дыхнул мне в ухо:
– Знаешь, о чем я сейчас думаю? – прошептал он своим хриплым гипнотизирующим голосом.
Я повернулась к нему:
– О чем?
– О том, что сделал бы с тобой, если мы были вдвоем…
На мгновение я оцепенела. С противоположной стороны стола на нас смотрел Уилл, в его глазах читалось робкое любопытство. Я представила то, что Ригель обычно со мной делал, и, покраснела еще больше, если такое возможно.
Ригель зарылся лицом в мои волосы, обжигая меня горячим дыханием. Так нельзя, подумала я, вести себя так нехорошо. Если мне трудно контролировать свои чувства даже тогда, когда он рядом, то слышать такие интимные признания – для меня равносильно обмороку.
Я подпрыгнула, когда мобильный телефон Ригеля завибрировал прямо у моего ребра. Ригель с неохотой отстранился и не торопясь достал его из кармана. Видимо, ему звонил кто-то из его «учеников», потому что он встал и пошел поговорить то ли на улицу, то ли к двери: в зале было шумно. Я видела, как посетители на входе расступились перед ним, и он исчез за их спинами, и снова мне показалось странным видеть его здесь, в этом ресторане, среди людей – он был как краска, которая не обладает способностью смешиваться с другими.
Ригель всегда был чужим среди мальчишек в приюте. На его фоне они все казались мне одинаковыми, как кажутся одинаковыми камешки, которые лежат рядом с бриллиантом; конечно, каждый мальчик обладал своим характером, отличительными чертами, но Ригель был более многогранным, более ярким по сравнению с остальными, он излучал звездное сияние. Мальчик с колючим нравом и жестким сердцем, и душой, чей свет виден лишь немногим.
– Добрый вечер! – Молодая официантка вежливо улыбнулась и приготовила блокнотик с ручкой. – Что-нибудь выбрали?
Мы уже решили, что возьмем, поэтому быстро сделали заказ. Для Ригеля я попросила темное пиво без ароматизаторов, надеясь, что оно придется ему по вкусу. Девушка удалилась, а мы завели разговор об учебе. Так как мы вместе слушали несколько курсов и встречались на лабораторных, было что обсудить.
Потом принесли наш заказ, а Ригель не возвращался.
Я старалась не докучать ему заботой, не тревожиться за него каждые пять минут, но вероятность внезапного приступа была высока, поэтому я страшно за него беспокоилась. Правда, я мало чем могла ему помочь, разве только дала бы лекарство и просто посидела рядом.
